Книга Эндорфин, страница 14 – Лана Мейер

Сердце пропускает удар.

Я не слышала, как кто-то входил. Но конверт здесь, лежит на тумбочке, воплощая собой бомбу замедленного действия.

Руки дрожат, когда я беру его и ломаю печать, замечая внутри несколько предметов: прозрачный пакетик с чёрным пеплом и еще один лист.

Хмурюсь, высыпаю немного сожженной бумаги на ладонь.

«Это всё, что осталось от документа, который делал тебя моей собственностью. Д.»

У меня даже дыхание перехватывает от того, что он вновь вытворяет.

Контракт. Он сжёг контракт.

Затем я нахожу другой, новый лист бумаги, разительно отличающийся от того длинного контракта, который я когда-то подписывала, включающий в себя уйму пунктов и выплату огромной неустойки.

«СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ДЭЙМОСОМ ФОРДОМ И МИЛЕНОЙ ВАЙС»

Глаза скользят по строчкам. С каждым словом мои внутренности затягиваются в тугой узел.

Настоящим я, Дэймос Форд, признаю следующее:

Предыдущий контракт между нами был ошибкой. Я пытался купить то, что нельзя купить. Контролировать то, что нельзя контролировать. Владеть тем, кто не является собственностью.

Поэтому предыдущий контракт уничтожен (пепел прилагается).

Вместо него предлагаю новые условия:

1. Никаких финансовых обязательств. Это не сделка. Финансовые обязательства распространяются только на правила, касающиеся конфиденциальности и репутации.

2. Никаких ролевых игр без взаимного желания.

3. Стоп-слово действует мгновенно. Всегда. Без исключений.

4. Ты имеешь право уйти в любой момент. Без последствий. Без вопросов.

5. Я обязуюсь посещать психотерапевта.

Я всю жизнь боялся потерять контроль. Но ты первая, ради кого я готов работать над собой в этой сфере.

Подпись: Дэймос Форд»

Он, черт его раздери, издевается?!

Внутри разворачивается настоящая буря: часть меня – та, что влюбилась в него за это время – чертовски сильно хочет плакать. Потому что это красиво. Потому что это именно то, что я хотела услышать. Потому что он признаёт свои ошибки, он умеет это делать, он способен на глубокие чувства, он постепенно меняется и обещает.

Но другая часть – та, что едва не задохнулась, пока он имел меня в рот – начинает кипеть.

Он думает, это всё исправит?

Красивые слова на бумаге?

Ещё один чертов контракт?!

Ярость поднимается волной, горячей и слепой. Он сжёг старый контракт, а потом написал новый, чертов гений. Это выбор без выбора… Он все равно знает, что я никуда не уйду, что я зависима от обеспечения им моей безопасности. А этим игрушечным жестом Форд просто хочет поскорее получить мое прощение и благосклонность, чтобы и дальше вести себя как вздумается.

Ведь основная проблема была не в пунктах нашего прежнего контракта, не в деньгах и не в условиях.

Проблема в мышлении, в том, что Дэймос думает, будто любовь – это сделка, которую можно пересмотреть и подписать заново с лучшими условиями, а моё сердце – это очередной актив, который можно вернуть правильной формулировкой.

— Ты ничего не понял, – проговариваю я вслух, и голос звучит холодно. – Ты абсолютно ничего не понял, Дэймос Форд.

Я разрываю конверт, и бумага отзывается приятным хрустом. Я рву его методично и яростно, превращая его красивые слова в жалкие клочки. Я не хочу больше никаких соглашений.

Я хочу человека, который придёт и скажет: «Прости меня». Без бумаг. Без условий. Простое человеческое «прости», мать его.