Книга Дофамин, страница 50 – Лана Мейер

— Твоя уверенность в себе меня поражает, – я искренне удивляюсь тому, насколько смело и откровенно она говорит это. Есть девушки с гораздо более «типичными» внешними данными и модельными параметрами, переживающими из-за каждой складочки и вечно переделывающими себя на операционных столах. Мия же… она настоящая. И, черт возьми, она права, именно это и цепляет. Ее прямолинейность. Честность. Простота. И вся эта самобытность и даже лишние килограммы делают ее чертовски уникальной. Не говоря уже о том, что у нее настолько красивое лицо, что недостатки в ее внешности трудно заметить.

Но я понимаю, к чему она клонит. Она хочет снова переиграть меня. Получить защиту и свою выгоду от сделки, при этом на своих условиях. Но по-хорошему уже не будет, как тогда, на острове. Она сама не захотела.

Я совершаю жест рукой, указывая вниз. Медленный. Отчётливый.

— На колени.

Тишина взрывается между нами, подобно гранате.

— Покажи мне, – продолжаю, и каждое слово выходит ледяным, режущим, – насколько сильно тебе нужна моя помощь и благосклонность. Умоляй, детка. Хочу видеть, насколько остро ты нуждаешься в моем покровительстве, прежде чем принять решение. Покажи мне глубину своего отчаяния.

Я не повышаю голос, в этом нет необходимости. Настоящий контроль никогда не кричит. Он констатирует и требует.

Замечаю, как что-то меняется в лице Ми. В глазах отражается столько сладких и красивых эмоций: шок, ярость, боль. Все сразу. Она чувствует, что угодила в капкан, и он только что схлопнулся.

И я замечаю что-то еще: расчет. Она словно думает, взвешивает, оценивает то, сколько за это заплатит.

Но владею ситуаций сейчас я: она слишком напугана встречей с бывшим, чтобы мыслить рационально. Все ее существо направлено на выживание.

На секунду мне даже кажется, что я перегнул с давлением и совершил ошибку. Что она пошлет меня, и я… действительно никогда больше ее не увижу, а я бы этого не хотел.

Но, кажется, Мия Вайс не из тех, кто ломается под давлением. Она из тех, кто превращает давление в оружие. Секунды складываются в вечность, и я замираю в ожидании.

Покажи мне хотя бы каплю своей слабости.

Потому что чем чаще я буду видеть ее слабой, тем больше я смогу, наконец, понять, что, чёрт возьми, происходит с моей головой каждый раз, когда она оказывается рядом.

Но Мия не отступает.

Она смотрит на меня так, словно видит насквозь. Словно видит всё то дерьмо, которое я пытаюсь спрятать за маской безразличия и холодной расчётливости. И в её глазах в итоге вспыхивает не страх. Не покорность.

А вызов.

— Нет, – четко проговаривает она, вновь и вновь отвергая меня. Вот же упрямая женщина. У меня любая по команде и даже без команды, а она все нос воротит. Аж бесит. Неужели она не хочет меня? Не зацепится за возможность быть с мужчиной такого уровня, таких возможностей? Меня просто взрывает ее упрямство. Любая бы опустилась на колени и зацеловала бы мои туфли, лишь бы прикоснуться к моей власти, деньгам и кругу. А эта – ни в какую, мать ее.

Я чувствую, как что-то сжимается в груди. Злость? Восхищение? Разочарование? Всё вместе, проклятый коктейль эмоций, который я не умею разбирать на составляющие.

Лишь она вызывает во мне их, и я сам в ахере с того, что могу подобное испытывать. Но увидеть ее безумно влюбленной в меня уже дело принципа. Почему? Просто потому что каждая клетка моего тела при виде нее вибрирует и орет «хочу».