Книга Папа для мамонтенка, страница 54 – Аня Истомина

— А так мы будто не ссоримся? – закатывает она глаза, выкладывая на тарелку нарезанный помидор.

— Милые бранятся – только тешатся. – подхожу к ней и, придержав за талию, тянусь за ножом.

Не могу удержаться, будто магнитом притягивает, так и хочется прикоснуться. А я, блин, обещал Любимке, что никаких поползновений в ее сторону с моей стороны больше не будет.

Вздохнув, убираю ладонь и, сполоснув нож, отрезаю себе толстый кусок белого хрустящего хлеба. Накладываю варенья и поливаю сгущенкой.

— Ммм, – морщусь от удовольствия. – Это домашнее?

— Мама варила, да, – поднимает Люба на меня взгляд и, усмехнувшись, смахивает мне с бороды крошку.

— Не трожь, это запасы, – уворачиваюсь и тяну ей бутерброд. – Попробуй.

Увы, теща у меня тоже фиктивная и котлеты с борщом будут перепадать мне совсем не долго.

— Сначала надо суп поесть, а потом запасы варенья делать. Да не хочу я! – уворачивается Люба, а я ловлю ее за талию и притягиваю к себе.

— Пробуй, – требую, пристально глядя в ее лицо.

Любимка со вздохом откусывает кусок хлеба и кивает.

— Вкусно.

А я смотрю на то, как она облизывает губы, и балансирую на тончайшей грани между самоконтролем и желанием послать его к черту.

— Давай есть суп, – предлагает Люба.

— Давай, – соглашаюсь, но не тороплюсь отпускать ее.

— Кот, – неожиданно хрипло выдыхает Любимова и растерянно смотрит на меня. – Котлеты сгорят.

Хочется сказать, что и фиг с ними, с котлетами! Но я боюсь, что Люба опять психанет, поэтому вместо этого я с трудом заставляю себя убрать ладонь с горячей поясницы.

— Нет, котлетами рисковать нам нельзя, – усмехаюсь, изнывая от нереализованной потребности прикоснуться к ее губам.

Любимка тут же отворачивается к плите.

И не только котлетами. Главное, чем нам нельзя рисковать, – доверием. Ведь если сейчас мы оступимся, то Катя так и останется приютским ребенком, а мы просто разосремся окончательно, и я не уверен, что смогу еще раз уговорить Любимову забрать заявление. Черт бы побрал эти духи ее! Это от них у меня башку выключает. С феромонами они, что ли?

— Люб, а что у тебя за духи? – достаю из микроволновки суп и ставлю на стол, запихиваю вторую тарелку греться.

— У меня уже неделю как они закончились, – смеется Любимка смущенно. – От меня что, плохо пахнет как-то?

— Да нет, наоборот… – теперь уже я тушуюсь, понимая, что как-то неловко получилось. – Цветочками.

— А! Это, наверное, гель для душа, – спасает меня Люба, сама того не зная.

— Угу, – киваю, медитируя на убывающие цифры на дисплее.

Поставив вторую тарелку супа на стол, сажусь и, дождавшись Любимову, пробую.

— Ммм! Вкусно! – усмехаюсь.

— Ты так это говоришь, будто ожидал чего-то ужасного, – фыркает она.

— Да нет, я не про это. Я к тому, что не хуже борща. – поясняю. – Придется тебе меня учить готовить, чтобы я мог нашу чебуречную принцессу кормить фрикадельками и котлетами.

— Хочешь сказать, что ты не умеешь жарить котлеты? – удивляется Любимова.

— Не умею. – вздыхаю. – Могу стейк пожарить или курицу запечь. А вот это вот все, многокомпонентное, не умею. Научишь?

— Да научу, – пожимает она плечами, а у меня взгляд непроизвольно съезжает вниз, к качнувшейся груди.

Давлюсь супом и начинаю кашлять.

Кажется, я невнимательно разглядывал Любу в те дни, когда видел ее в обтягивающей одежде.