Книга Папа для мамонтенка, страница 53 – Аня Истомина

— Ма-ма! – стонет мелкая. – Па-па!

— Терпи, Катюль, – усмехаюсь, бросая на нее взгляд в зеркало. – Тебе в этой штуковине скоро частенько придется кататься. Привыкай к тяжелой жизни.

— Па-па!

— А пюрешку хочешь или опять плеваться будешь? – продолжает плясать с бубнами Любимка, откручивая крышку с пауча. – Попробуй. Тут яблочко. А сок хочешь?

— Ооо, – попадаю в еще один затор и обреченно вздыхаю. – Люб, да отстегни ее, иначе у меня голова взорвется.

Любимова покорно вытаскивает Катю из кресла, и будто по волшебству мартышка успокаивается.

— Ма-ма, – изрекает уже совершенно другим тоном, в котором слышится веселье, и начинает приплясывать, стоя на коленях у Любимки и шурша пакетом.

Любуюсь на них в зеркало. Гармония. Кажется, эти две сложные женщины просто созданы друг для друга.

Люба, будто почувствовав, что я пялюсь на нее, поднимает взгляд на зеркало и я тут же отвожу глаза на дорогу.

Когда мы, наконец, добираемся до дома, Катя уже выворачивает из пакетов все, что только было можно и снова начинает капризничать.

— Это не женщина, это беда! – вылезаю из машины и подхватываю ее на руки, давая Любе возможность собрать пакеты обратно в кучу. Пока она возится, поднимаю Катюлю на вытянутых руках и тихонько подкидываю, а она хохочет. – Ты не Катя, ты – Сара Абрамовна.

— Она ж не еврейка, – усмехается Любимова из машины.

— Еврейка-еврейка, – щекочу хохочущую из последних сил Катюлю. – Хитрющая до невозможности.

— Па-па, – выдыхает Катя, начиная икать и зевая.

— Ну, здрасьте, приехали. – укладываю ее к себе на руку и покачиваю. – Доигрались.

Катю молниеносно вырубает. Пока мы поднимаемся к Любимовой, она икает сквозь сон у меня на руках.

— Ммм, миленько, – прохожу в открытую Любой дверь и разглядывая ее квартиру.

Это однокомнатная студия, зонированная на кухню и спальню. Квартирка крохотная, мне бы и одному в такой было тесно. В глаза бросается чехол с платьем, висящий на шкафу. Уже завтра мы с Любимовой станем мужем и женой. Это так странно.

Уложив Катюлю на кровать, снимаю с нее верхнюю одежду и ухожу мыть руки.

— Квартира для Дюймовочки, – вздыхаю, протискиваясь между душевой и раковиной.

Хотя, Люба миниатюрная, ей, возможно, вполне удобно.

— Тимур, я котлеты грею. Еще есть суп с фрикадельками. Будешь? – уточняет у меня Любимова, когда я выхожу. Она уже скинула свитер и суетится на своей микро-кухне.

— Буду, – подхожу, наблюдая за ней. – И суп, и котлеты.

На плите в сковородке греются котлеты, в микроволновке, видимо, суп, а Любимка режет салат.

Цепляюсь взглядом за ее фигуру, отмечая плавные изгибы бедер и узкую талию в обтягивающей футболке. Я уже и не помню, когда позволял себе разглядывать Любу так бессовестно.

— И хочется что-нибудь на десерт, – вздыхаю, нехотя отрываясь от ее фигуры, потому что Любимка оборачивается.

— Ммм, на десерт у меня есть малиновое варенье и сгущенка, – опасно взмахнув ножом, показывает им на холодильник. – Посмотри.

Да не про то я, Любимова, не про то. Но тебе это, конечно, знать не обязательно.

— Малиновое варенье – то, что нужно, – усмехаюсь, заглядывая в холодильник. – С горбушечкой.

— Горбушек нет, я их первыми съедаю, – весело хмыкает Люба.

— О, если бы мы жили вместе, нам было бы из-за чего ссориться, – достаю хлеб с вареньем.