Книга Как приручить джигита, страница 96 – Аня Истомина

Теперь у нас уже две беременных: животик Насти уже достаточно округлился, и Таня недавно узнала, что беременна двойней. Поэтому шампанское пьем только я и Зоя, а остальные его безалкогольный аналог.

Мы с Дамиром уже несколько месяцев никак не предохраняемся, и каждый раз я с трепетом жду задержки, но пока что месячные идут как часы. Мне кажется, у меня такого четкого цикла никогда в жизни не было. Но, я точно знаю, что многие пары беременели и спустя год попыток и это, оказывается, норма, поэтому просто жду.

Если честно, я очень хочу ребенка от Дамира, но боюсь немного, потому что я снова буду абсолютно зависима от кого-то, пусть даже этот кто-то — самый лучший мужчина на свете. Я не жду от него подвоха, спокойно доверяю ему Рому и решение важных задач, но, наверное, у каждой обманутой и хлебнувшей лиха женщины сохраняются на подкорке воспоминания о негативном опыте и настороженность. Способность быть начеку даже несмотря на конфетно-букетный период.

Но, сегодня у меня праздник и весь контроль отключается, потому что я волнуюсь в предвкушении одного из главных событий в моей жизни. Я же впервые невеста.

Отпиваю из бокала пару глотков шампанского, чтобы унять волнение.

— Какая же ты красивая, Юль, — улыбается Зоя. — Платье как с конкурса “Мисс Мира”. Пожалуй, я тоже буду искать себе мужа с Кавказа.

— Ради платья? — смеюсь.

— Дома сиди, маленькая еще, — усмехается Таня. — Успеешь еще и замуж, и деток. Нужно нагуляться так, чтобы потом было что вспомнить, но нечего рассказать внукам.

— Ба, а ты не замужем, потому что не нагулялась? — уточняет Рома, глядя на мою маму. Она растерянно замирает, а мы взрываемся хохотом.

Я не знала, где мы будем праздновать свадьбу — Дамир сказал, что это будет сюрприз для меня, поэтому когда мы останавливаемся возле какого-то дворца, я теряю дар речи.

Потому что это не дворец, а ДВОРЕЦ. В смысле, самый настоящий дворец, с колоннами, парком, фонтаном, в котором, наверное, жила какая-то знать. И мы проезжаем мимо красивых фигурных кустов, статуй, и останавливаемся у высокой лестницы, где нас встречает дворецкий.

— Боже ты мой, — выдыхаю. Дворецкий протягивает мне руку и помогает выбраться из машины.

Как зачарованная смотрю на дворец и ступени. Тихо. Затаив дыхание и забыв про все на свете, делаю шаг вверх.

— Юля! — слышу окрик и оборачиваюсь.

Дамир скачет к нам на вороном коне, как будто герой романтического фильма. Сам в черных брюках и белой рубашке, с кинжалом на поясе. За ним еще несколько мужчин на лошадях, в национальных костюмах. Доехав, Дамир останавливает коня и ловко спрыгивает с лошади, не сводя с меня восторженного взгляда.

Подходит ближе и молчит. А мужчины вокруг поднимают своих лошадей на дыбы и что-то выкрикивают.

— Что-то не так? — смущаюсь, не дождавшись от Дамира слов.

— У меня просто дар речи пропал от твоей красоты, — сглатывает. — Ты как принцесса из сказки. Я хотел тебя впечатлить, а получилось наоборот.

— Папа, — зовет его Рома. — А можно с вами?

— Конечно, сын, нужно, — подхватывает Дамир его на руки. — Пойдемте внутрь, нас ждут.

Рома очень быстро стал звать Дамира папой. Буквально через неделю после переезда я впервые услышала от него “А вот папа сказал…” и едва не расплакалась от эмоций. Видимо, Роме очень, очень не хватало отца, потому что он буквально начал впитывать все, о чем с ним говорил Дамир, и его мнение тут же стало авторитетным для моего ребенка.