Книга Я устала быть сильной, страница 75 – Аня Истомина

Тихонько встав с кровати, натягиваю спортивные штаны на голое тело и, стараясь не шуметь, выхожу из комнаты.

В выходные моя повариха отдыхает, но мне не приходится готовить — она делает блюда с запасом на два дня. Но, несмотря на это, сегодня мне хочется приготовить завтрак самостоятельно.

Думаю, Эмма удивится, а мне нравится получать ее искренние эмоции.

Я привык плотно завтракать — в рабочей суете не всегда удается спокойно пообедать, поэтому загружаю в аэрогриль пару рыбных стейков.

Потом достаю хлеб, делаю тосты с легким творожным сыром и красной рыбой, яйцами пашот, красной икрой. Украшаю микрозеленью. Задумчиво разглядываю свое творение, оперевшись локтями о стол. Получилось изысканно.

Вздрагиваю и выпрямляюсь от неожиданного прикосновения к спине. В первые секунды все тело напрягается и готовится к нападению, но я давлю эти порывы, понимая, кто это.

— Эмма, — усмехаюсь, закрывая глаза и запрокидывая голову, — нельзя так делать. Я мог тебе навредить.

Эмма ничего не отвечает. Ее нежные ладони скользят по моим лопаткам, под мышки, касаются груди и опускаются к прессу. Наблюдаю, как одна рука бесцеремонно ныряет под пояс штанов. Морщусь от ощущения прохладных пальцев на наливающемся кровью члене. Так и стою, упираясь ладонями в каменную столешницу и позволяя играть с собой. Никогда бы не подумал, что добровольно стану мышкой для одной дерзкой кошки и буду с удовольствием принимать правила ее игры.

Рвано выдыхаю от прикосновения губ к позвоночнику и усмехаюсь над своей реакцией. Нетерпеливо вздрагиваю бедрами навстречу кольцу из ее пальцев. Еще несколько секунд — и я трахну ее на столе рядом с нашим завтраком.

Будто почувствовав, что запахло жаренным, Эмма отстраняется от меня и отходит к запищавшему грилю.

— Эй, так не честно, — оборачиваюсь и направляюсь следом.

Все тело сводит от желания.

Эмма снова в моей рубашке. Пожираю глазами ее ноги и очертания ягодиц под черной тканью.

— Честно, — с улыбкой оборачивается она и весело стреляет в меня своими изумрудными глазищами. — Я надеялась проснуться в горячих объятиях, а проснулась в одиночестве.

— Ты в курсе, что ты — маленькая, бессовестная зараза? — шепчу, прижимаясь к ней сзади и вжимая ее задницу в свой стояк. — Я, вообще-то, тебе завтрак приготовил.

— Это выглядело очень сексуально, — Эмма разворачивается в моих руках и, приобняв меня за шею, пристально вглядывается в мое лицо, а затем смахивает что-то с моей брови.

И я рассматриваю ее, без макияжа, слегка помятую и растрепанную спросонья. Замечаю небольшой шрам от ветрянки на щеке. Идеальная в своей неидеальности.

— Красивый мужчина, который готовит женщине завтрак — это секс, помноженный на сто, — добавляет Эмма, улыбнувшись.

— Тебе часто готовили завтрак? — ревниво хмыкаю и, поймав ее руку, целую в ладонь, спускаясь губами к запястью. — Хочу тебя.

— Никогда, — усмехается.

— Ты серьезно? — даже замираю от неожиданности.

— Абсолютно, — смотрит Эмма на меня прямо и без единого намека на шутку.

— Тогда я хочу тебя, — подхватываю ее под ягодицы и несу к столу, — накормить.

Едва сдерживаю стон, понимая, что Эмма без белья. Я прикладываю немало усилий, чтобы не слететь с тормозов и не перенести время завтрака. Держусь, потому что накормить ее сейчас — это сделать то, что не делал никто и никогда до меня. Быть первым. А я люблю быть во всем первым.