Онлайн книга «Алый пион для Офелии»
|
— Ты чёртова наркоманка! Сколько можно глотать колёса? — Ты не понимаешь, это лекарства! Доктор Йансен, сказал, что… – попыталась оправдаться женщина, но муж не дал ей закончить. — Я утоплю этого подонка в Э́ресунн[9], если он выпишет тебе ещё хоть один рецепт! А если ты сама не одумаешься, я подам на развод! Отсужу детей, и ты больше никогда их не увидишь, поняла меня? — Не смей! – Поднялась на ноги Аврора. – Никогда не смей угрожать мне детьми! Ты даже представить себе не можешь, через что я прошла, давая им жизнь. — Тогда не будь идиоткой, Аврора, и соберись! Ты только и делаешь, что постоянно ноешь о том, как тебе тяжело и жрёшь препараты горстями. Если пресса узнает… — А, так вот, что на самом деле тебя заботит! Пол, ты лживый ублюдок! В ответ раздался звон бьющейся посуды. В просвете между гостиной и кухней пол усыпали обломки свежеиспечённого печенья. Офелия пугливо вздрогнула. Она в свои четыре не могла уяснить, что именно происходит, но внутренний голос подсказывал: находиться под крышей дома не безопасно. Поэтому, взяв брата за руку, всегда бойкая и решительная девчушка повела его в холл, где дети надели куртки, одинаковые шапки с яркими помпонами и вышли во двор, пока родители швырялись друг в друга яростными обвинениями. Снаружи их встретил сказочный пейзаж, замерший в зимнем спокойствии. Белоснежный снег искрился под слепящими лучами январского солнца драгоценной россыпью. Ярко-голубое небо напоминало старательно натянутое атласное полотно: безоблачное и совершенно бездонное. А гладкая поверхность вставшего до весны озера, сверкала как натёртое до блеска зеркало. Вдохнув полной грудью морозный воздух, приятно щиплющий щёки, дети переглянулись и побежали к берегу, оставляя за собой крошечные следы на рыхлом снегу. Они напоминали тёмные пятна на потолке палаты, которая встретила Офелию неприятным запахом медикаментов и резкими холодными звуками, отскакивающими от глянцевых стен, словно шарики настольного тенниса. Свет резанул по глазам, стоило лишь слегка приоткрыть веки. Мимо скользили какие-то лица, расплывчатые, будто Офелия смотрела на них через стакан с мутной водой. Тихий шёпот, повисший в воздухе дымовой завесой, было невозможно различить. Редкие фразы, казалось, почти долетали до разума, но сразу же распадались на отдельные звуки, оставаясь в сознании невнятным шумом. — Операция прошла успешно. К счастью, жизненно важные органы не были повреждены. Однако пациентка потеряла много крови, – вдруг пробился один из голосов. Ему вторил другой – женский: — Когда она придёт в себя? — Как только действие наркоза закончится, не стоит беспокоиться. — А через сколько к ней можно будет пригласить констеблей? — Здесь я бы посоветовал подождать. Девочка перенесла сильнейший шок. Для начала нужно, чтобы её осмотрел психолог, дал рекомендации. Если она закроется в себе, вам с этого всё равно проку не будет. — У меня нет времени ждать! Моего сына подозревают в убийстве, которое не совершал! А он даже не может за себя постоять! — Я понимаю ваше тяжёлое положение, но… — Сомневаюсь в этом. Мой муж был жестоко убит, сын при смерти, и единственный человек, способный пролить свет на случившееся – это она… — И ваша приёмная дочь поступила сюда в крайне тяжёлом состоянии. Проявите терпение. |