Книга Алый пион для Офелии, страница 55 – Катерина Райдер

Голос её дрожал от нетерпения и почти одержимого отчаяния. Офелия с усилием повернула голову в сторону опекунши, всё ещё не различая её лица, но ответить не смогла, язык почти не ворочался.

Руд заговорила более жёстко:

— Хирург, оперирующий тебя, сказал, что под наркозом ты постоянно повторяла: «Во всём виноват Адмон». Мне нужно знать, кто этот человек?!

— Адмон, – внезапно вступила в беседу медсестра, не ведающая о трагических событиях. – Моя племянница по материнской линии назвала так своего младшего сына. Чудесное имя, означает «красный пион».

Руд ощутила, как рука её подопечной дёрнулась и сжалась в кулак. Медсестра, почуяв, что сболтнула лишнего, скоро покинула палату. Как только это произошло, женщина качнулась вперёд, нависая над Офелией жаждущим крови стервятником. Во взгляде её почти бесцветных глаз сверкали молнии, но отнюдь не беспокойства за благополучие чудом выжившей подопечной. Сейчас Офелия была для неё лишь источником информации.

— Отвечай, что произошло в Кронберге? – почти зарычала Руд.

Офелия с искренней растерянностью посмотрела на женщину, которую прежде считала членом своей семьи. В памяти всплыли слова Адмона о причастности матери Гамлета к смерти Авроры.

«Они всё знали и скрыли» – сказал он ей в сарае. Но могла ли Офелия верить брату после того, что он натворил?..

— На вилле кроме тебя, Клайва и Гамлета был кто-то ещё? – тем временем продолжала давить Руд.

Она уже не просто держала Офелию за руку, а сжимала её пальцы столь сильно, что не будь девушка под действием обезболивающего наверняка взвыла бы от боли.

— Кто. Такой. Адмон?! – не стерпев, закричала убитая горем мать.

— Мой брат… брат близнец… – содрогаясь от страха, едва слышно прошептала Офелия. – Но я не понимаю почему ты…

— Что? – ошеломлённо отпрянула Руд, глядя на девчонку будто та обратилась самой смертью и намеревается вытряхнуть из неё всю жизнь.

— В Кронберге были дядя Клайв, Гамлет, я и брат… – повторила Офелия, чувствуя, как холодеют конечности, а дыхание начинает учащаться.

Руд неожиданно засмеялась – утробно, почти безумно.

— Брат говоришь? – сквозь зубы процедила она. – Офелия, твой брат – Лаэрт, утонул двенадцать лет назад, провалился под лёд на озере в Канаде. Так что прекрати нести чушь и скажи мне: кто такой чёртов Адмон?!

От услышанного Офелия сжалась в комок. Воздух в палате вдруг стал невыносимо тяжёлым и прекратил проникать в лёгкие. Она мотнула головой, словно это могло восстановить дыхание. Открыла рот, надеясь позвать на помощь, но из груди вырвался лишь удушливый хрип. Лицо бедняжки перекосило жуткой гримасой, однако Руд не повела и бровью, пока её подопечная не начала биться в конвульсиях, а по подбородку не потекла вспененная слюна. Лишь тогда женщина сумела подавить собственный гнев и выбежала в коридор, зовя в палату врачей.

Тем временем глаза Офелии широко распахнулись, будто та пыталась увидеть нечто непостижимое, но вместо этого смотрела прямиком в бездну, где притаилась голодная тьма, готовая с удовольствием полакомиться остатками её разума. И вдруг средь шума и хаоса, царящего как снаружи, так и внутри головы, раздался ласковый, убаюкивающий голос Адмона:

«Ты должна довериться мне, Фели, я знаю, что делаю».

А затем темнота всё-таки до неё добралась…