Книга Падший ангел, страница 26 – Миранда Эдвардс

— Доминик уехал в больницу, чтобы зашить раны, – говорит Росс.

— Которые нанес ему ты, – не могу сдержаться от едкого комментария. Я и так уже в его доме, что еще он может сделать, чтобы досадить мне?

Росс стискивает челюсти. Даже сквозь призму ненависти вижу, что он сожалеет. Плевать. Моя угроза остается в силе.

— Я подумал, что малышка проголодается, – Росс протягивает мне пластиковую тарелку с детской ложечкой. – Ты позволишь…?

Поднимаю руки, чтобы забрать кашу и послать его очень далеко, но пальцы трясутся. Я не удержу тарелку, и Росс опять будет лезть ко мне, а Марселла останется голодной. У меня нет выбора, да? Зачем Россу кормить Марси? Он думает, что она от него, или пытается так вернуть меня? Любое его действие всегда четко продумано. Принять помощь у него равносильно продаже души. Я ничего не забыла.

— Ты, кажется, устала, – вкрадчиво говорит Росс. – Я могу помочь, если позволишь. Я не обижу ни тебя, ни девочку.

— Марселла, – сдавленно произношу я, отведя взгляд в сторону. – Ее зовут Марселла. Сделаешь лишнее движение, и я прирежу тебя.

Делаю шаг назад, пропуская Росса внутрь. Он удивляется не меньше меня моему решению. Пусть не обольщается. Когда я приду в себя, я больше не подпущу его к ней.

Глава 8

Неделя заключения подошла к концу. Оли вернулся в свою старую школу, где начал посещать театральный кружок. Мы с Домом и Марси в основном сидели в нашей комнате или гуляли на заднем дворе. Разумеется, нас не выпускали за территорию. Видимо его Величество опасался, что мы сбежим при первой возможности. В принципе он недалек от правды, но для начала мы с Домиником решили разведать обстановку, потому что в доме явно что-то изменилось, и я не удушающей атмосфере тюрьмы. Я помнила, что охрана всегда была вооружена, но чтобы каждый ходил с автоматами? И их количество явно увеличилось, даже в доме дежурило около дюжины телохранителей, хотя раньше Росс не пускал их в поместье. Лишь однажды, когда запер меня в наказание, и то Ник смог освободить меня.

Младший брат пока не показал себя. Мы с Россом не говорили, и я не собиралась изменять этой сложившейся традиции, даже чтобы узнать, куда же запропастился Николас. Знает ли он вообще, что я жива и последние два года жила с Домиником?

— Ночью я ходил в кабинет Росса, – шепотом говорит Дом, когда охранник отходит от нас на достаточное расстояние.

Осматриваюсь по сторонам, убеждаясь, что мы в безопасности, и продолжаю наблюдать, как Марси бегает по асфальтированной дорожке. Я бы с радостью вернулась в дом и легла спать, в последнее время мне очень хочется спать. Я ела, но уже не так регулярно. Меня хватало на несколько дней, а потом организм объявлял голодовку. По-моему, в последний раз в мой желудок попала еда дня три-четыре назад.

— Рука Господа взялась за верхние ступени пирамиды империи, – продолжает Доминик. – Они устроили пожар в доме одного из члена совета, и он погиб со всей своей семьей. До этого они убили начальника порта, через который в Нью-Йорк идет большая часть наркотиков, и повредили несколько танкеров. Но они также бьют по союзникам. Не буду вдаваться в подробности, но скажу, что ситуация дерьмовая. Не помню, чтобы когда-нибудь было так плохо. Война перешла в активную стадию.

Мое сердце падает в пятки. Если Кирк и Билл доберутся до моей дочери? Я не могу этого позволить. Они лишили меня матери, чертового пальца, Джона Би (я все еще не знаю, где он и что с ним тогда произошло). Мои пальцы находят места, где красуются шрамы. Мне было совсем не до лазерной шлифовки в Канаде, поэтому мое тело по-прежнему обезображено рубцами на спине, руках, бедрах и животе. «Шлюху» не видно, как и обещал врач, но каждый раз, когда я вижу себя в зеркале, я вспоминаю, что именно скрыто за розоватыми неровностями. А спина… не уверена, что эти шрамы реально хоть как-то убрать.