Книга Союз, заключенный в Аду, страница 87 – Миранда Эдвардс

Особенно если оба раза буду виновна.

— Рори?

Нахмурившись, язвительно замечаю:

— Мы вернулись к Рори?

Не знаю, откуда во мне появилась эта злость на Гидеона. Он поддержал меня после признания, остался рядом, но сейчас я не чувствую, что он все еще со мной.

Выражение лица Гидеона не меняется, но вот в глазах мелькнуло сожаление. А может быть, это опять жалость. Гидеон сцепляет руки в замок, и ткань рубашки натягивается на его напрягшихся бицепсах.

Тяжело вздохнув, он, проигнорировав мой комментарий, говорит:

— Я помогу тебе, что бы ты не задумала.

Вонзившись глазами в Гидеона, поднимаюсь на ноги и подхожу к нему. Гидеон напрягается, и я вижу, что он хочет отступить.

— Я омерзительна тебе? Или думаешь, что я рассыплюсь от твоего взгляда или прикосновения? Нет, я этого не сделаю, – заверяю я. Мой голос сиплый и отстраненный. Мне больно от его реакции. – А если ты не можешь даже находиться рядом со мной, то как ты поможешь?

Гидеон вместо того, чтобы отойти, делает шаг ко мне. Его руки резко оказываются на моей талии и прижимают к своей груди. Ахаю от неожиданности, но сказать ничего не успеваю, потому что губы Гидеона впиваются в мои. Его язык настойчиво раздвигает мои губы и врывается в мой рот. Поцелуй не просто настойчивый, Гидеон говорит мне, какая я глупая.

Только теперь понимаю, что он пытался дать мне время на принятие своего признания. Он мужчина, не разбирающийся в эмоциях других. Наверное, он думал, что я буду его бояться.

Обнимаю Гидеона за плечи, притягивая ближе к себе. Что бы он не надумал, я знаю, что он не Оран, и я хочу его. Одной рукой провожу по его грудным мышцам, отрывая пуговицы с рубашки, направляюсь к ремню на брюках, расстегнув его и ширинку, залезаю в боксеры и накрываю горячий член ладонью. Бархатистая кожа и выступающие венки ощущаются идеально под моими пальцами. Гортанный рык срывается с губ Гидеона, и я аккуратно сжимаю ствол. Не разрывая поцелуй, Гидеон пытается нащупать молнию на платье, но у него не получается. Тогда он, схватив край возле декольте, просто разрывает его на две части. Ткань повисает на мне, а оголенная кожа соприкасается с кожей Гидеона. Его руки накрывают мои ягодицы и сжимают их. Гидеон напирает, словно ему не хватало меня так же, как и мне его.

— Я не думаю, что ты рассыплешься, Рори, – бормочет он мне в рот. – Ты сильнее, чем ты думаешь.

Гидеон подхватывает меня на руки и укладывает на диван, расположившись между моих бедер. Наши взгляды встречаются, и несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Просим прощения. Говорим, что обиды позади. Что бы не случилось в будущем, этот миг только наш.

Гидеон, нависнув надо мной, вновь целует меня. Губы, нос, щеки. Он осыпает поцелуями мою шею, чувствительное место за ухом и спускается ниже, к груди. Все тело трепещет от удовольствия и предвкушения. Я не думаю ни о чем кроме губ Гидеона на своей коже. Опираясь на одну руку, он спускает чашечки бюстгальтера. Легкая прохлада пробегается по разгоряченной коже, заставляя мои и без того каменные соски затвердеть еще сильнее. Гидеон проводит дорожку поцелуев от ключиц к ложбинке между грудей. Моя спина выгибается навстречу к нему, и я судорожно вдыхаю.

Когда язык Гидеона обводит мой правый сосок, голова начинает кружиться, а глаза закатываются. Гид втягивает напряженный комочек, мягко прикусывая его. Свободной рукой он сжимает правую грудь, щиплет сосок и перекатывает его между пальцев.