Книга Союз, заключенный в Аду, страница 90 – Миранда Эдвардс

Сергей привязан к стулу. Он одет лишь в трусы. Его дряблое тело измазано помадой, а под носом виден след от белого порошка. Как он дожил до такого возраста, постоянно нюхая? Живучий сукин сын. Кто-то успел врезать Сергею, и я совру, если скажу, что не наслаждаюсь его видом его крови, стекающей по лбу.

Он замечает меня и удивленно таращится.

— Ты? – сипит Сергей.

Мои губы расплываются в искренней улыбке.

— Здравствуй, Сергей, – едва сдерживая гнев, произношу я. – Вижу, ты очень горюешь по своей почившей жене.

— Слышишь ты, сука, я не виноват, что эта алкоголичка сдохла, – рявкает Сергей, все еще думая, что у него есть хоть какая-то власть. Он переводит взгляд на Гидеона. – А тебе, мальчик, лучше бы отпустить меня. Если ты что-то сделаешь со мной из-за глупой бабы, пожалеешь.

Гидеон усмехается и подходит к Сергею. Старик сжимается, когда сумасшедший Кинг приближается. Гидеон просто смотрит на него, а потом неожиданно замахивается и ударяет его в челюсть с нечеловеческой скоростью и силой. Голова Сергея откидывается в сторону, и все мы слышим хруст. Старик стонет от боли, и у меня появляется странное желание похлопать в ладоши.

Или трахнуть Гидеона.

Встряхнув головой, отбрасываю неподобающие мысли. Гидеон дал мне шанс узнать правду и отомстить, и я не собираюсь упускать его.

— Еще раз скажешь подобное дерьмо об Авроре или Юле, то я сразу же отрежу твой член и засуну в глотку, – Гидеон по-кошачьи улыбается и наклоняется к уху Сергея. – Ты знаешь, как любит убивать мой брат, когда особенно зол на кого-то? Уверен, ты в курсе. «Маньяк из Верхнего Ист-Сайда», как его успели окрестить СМИ до закрытия дела, кастрирует, а потом вешает жертв на собственных кишках. Как думаешь, кто был его лучшим учеником?

Я ожидала от Сергея бахвальства, гордыню, присущую мафиози, но…

— Блять, босс, он обмочился, – морщится Рой.

Гидеон брезгливо отпрыгивает в сторону. Лицо Сергея бледнее, чем белые занавески, висящие на окне. Гидеон кивает одному из своих людей, и тот протягивает ему нож, но Гидеон не берет его. Вместо этого он вопросительно смотрит на меня и предлагает:

— Это твое право, Аврора.

Смотрю на достойный охотничий кинжал с резной рукоятью и зазубренным лезвием.

— Мне нужна правда, – словно убеждая саму себя, шепчу я и беру нож.

Сергей дергается, но Рой удерживает его. Приблизившись к зловонному пятну на ковре, покрепче обхватываю рукоять и провожу острием по морщинистому лицу и шее мужчины, оставляя небольшие царапины. Сергей хнычет, и мне чертовски приятно видеть его таким.

— Ты должен признаться, – приказываю я. – Что произошло в день смерти Юли? Ты убил ее?

Сергей молчит, скептично смотря на кинжал в моей руке, тогда я перевожу нож к его сырым трусам и надавливаю на его долбанный член.

— Мой брат был охотником и научил меня пользоваться этой штучкой, так что советую признаться, – выплевываю я и для пущей убедительности усиливаю давление.

— Хорошо, хорошо! Не надо! – ревет Сергей, часто дыша и шмыгая. – Эта с… Юля скрыла, что беременна. Я хотел наследника, а она не сообщила об этом! Я был пьян и разозлился, а потом пару раз ударил ее и запер в подвале. Она собиралась сделать гребаный аборт!

— Что было потом? – настойчиво требую я.

Сергей судорожно вздыхает.

— Через день ее нашла уборщица, – понизив голос, продолжает он. – Кажется, у нее было сотрясение, случился приступ, и она захлебнулась рвотой. В больнице я заплатил за сокрытие улик и быстро организовал похороны, чтобы Владимир не узнал об этой случайности.