Книга Союз, заключенный в Аду, страница 131 – Миранда Эдвардс

Доминик подходит ко мне со спину и поддерживающе кладет руку на плечо.

— Он давно не тот мужчина, которого ты знала, – мягко, но твердо заявляет он. Не хочу, чтобы это было правдой. Но Дом прав. – Его сломали. Эйден одержимый безумец. Только я не понимаю, что ему нужно. Банальная месть?

Конечно, Эйдену нужна месть. Меня саму снедает желание о возмездии. Но Эйден другой. Он, кажется, хочет меня. Но на что он рассчитывает? Что я буду кромсать Коннала и других ублюдков вместе с ним? Глупый вопрос. Эйден именно это и предложил.

— У тебя уже пар из ушей идет от перенапряжения, – пытается пошутить Доминик и разворачивает к себе лицом. – Нам надо выпить, куколка. Ты же любишь водку, да?

Легонько улыбаюсь от распространенного стереотипа и мотаю головой.

— Ни разу ее не пила, – сощурившись, поднимаю глаза на Доминика. – Или что, ты думаешь, все русские пьют ее вместе с молоком матерей?

Дом пожимает плечами, и я толкаю его локтем в бок. Он правда хороший человек, и я рада, что уже двое Кингов на моей стороне.

— Селена любит текилу и говорит, что ее можно пить в любое время и при любом поводе, поэтому мы прислушаемся к ее мудрости и все-таки пойдем выпить, – Доминик кладет руку на мои плечи и по-дружески прижимает к себе. – К тому же, тебе пора поесть.

Гидеон

Мой чемодан с вещами уже стоит на пороге дома Селены. Тандер-Бей довольно милый городок, и я понимаю, почему Сел и Дом нравилось жить здесь. Еще я рад тому, что мой гениальный брат не додумался напичкать дом камерами, и никто так и не узнал о моем пребывании в Канаде. Правда однажды какая-то женщина окликала меня Декстером. Может быть, Доминик и гениальный хакер и сыщик, но вот над псевдонимом поработал плохо. В детстве он рисовал супергероя и называл его Декстером. Ему повезло, что Росс был слишком сбит с толку, чтобы вспомнить об этом. После той встречи с женщиной я уже ждал, что беременная Селена объявится на пороге, но я не видел незнакомку на свадьбе, поэтому вряд ли она близка с моими братом и сестрой.

Пронесло. Нервно усмехаюсь своим мыслям.

До сих пор не уверен, правильно ли я поступаю, возвращаясь в Чикаго. Аврора не уехала и до сих пор находится под угрозой. Как и вся моя семья. То видео способно уничтожить все, над чем работал мой отец, а затем и мы с братьями. Но у меня нет никаких оснований верить этому шантажисту.

Поэтому я возвращаюсь домой. Я сделаю все, чтобы оберечь свою семью. В том числе и свою жену.

Запираю входную дверь сделанным пару лет назад без спроса ключом-дубликатом и хватаюсь за ручку, когда одноразовый мобильник начинает трезвонить в кармане джинсов. Я пока не включил свой телефон, а значит, звонит Берк. Может быть, он наконец-то выяснил, как эти чертовы ирландцы достали мое ДНК и подложили на место избиения Нади. Или вдруг она наконец-то пришла в себя? Уверен, что Берк звонит не из-за Авроры. Она с Домиником, в целости и сохранности.

Зажав «горелку» между ухом и плечом, спускаюсь с крыльца и иду к прокатному автомобилю. Сказать ничего не успеваю.

— Как давно ты знаешь, сукин сын?! – первое, что я слышу, ответив на входящий вызов.

Опешив, замираю на месте. Не скажу, что Берк мой друг, но я хорошо его знаю. Он спокойный, уравновешенный и слишком праведный для капитана полиции. Берк никогда не рычит, словно бешенный пес, и не сквернословит. Он всегда хотел подавать хороший пример. Вывод один: он знает.