Книга Время волка, страница 69 – Дж. Сидни Джонс

Зимрих также кивком поприветствовал Хартмана.

— Вы очень хорошо сделали, что пришли, герр Бем, – произнес руководитель группы. – Фриланд сказал, что вы готовы помочь нам. Решили присоединиться к нашей группе.

От Хартмана не укрылось, что Зимрих приглядывается к нему с подозрением. Его улыбка не оказала на подпольщика желаемого действия, понял лейтенант. Этот наверняка исключительно осторожный человек был бы не прочь пристроить и его, Хартмана, тушу рядом с другими, висящими здесь. В общем, ждать более нельзя, надо было на что-то решаться.

— А что, разве вам не предлагали взять куртку? – спросил Зимрих, посмотрев осуждающе на Бобо.

— Он не захотел взять ее, хозяин, – заметил тот в свое оправдание.

— Но здесь холодно, герр Бем. Вы даже спрятали руки в рукава…

И тут Хартман принял решение, поскольку ему стало окончательно ясно: сейчас или никогда. Зная, на каком расстоянии находится сзади от него Бобо, он сделал резкий шаг назад и наступил специально вделанным в его каблук металлическим шипом на подъем его ноги. А когда Бобо, взревев от боли, склонился к изувеченной ноге, Хартман, не отрывая взгляда от остальных, ударил его с силой локтем в переносицу. Послышался хруст сломанного хряща, и тут же – отчаянный вопль. Изо рта несчастного Бобо хлынула кровь.

Его соратники оцепенели на миг, столь неожиданным было для них то, чему они стали свидетелями. На это-то и рассчитывал Хартман. Когда Зимрих опомнился, первым из всех, то было, по мнению их противника, уже слишком поздно. Подвигав мускулами правой руки, Хартман освободил и вторую гранату, так что теперь оба снаряда были готовы к бою. Выдернув из гранат предохранительные чеки, он, зная, что через семь секунд произойдет взрыв, бросил их прямо в Зимриха, и они, отскочив от его груди, покатились по полу. Руководитель группы, замерев от ужаса, лишь молча взирал на них. Хартман, перешагнув через валявшегося у двери Бобо, устремился к выходу. И, уже в дверях, услышал голос Фриланда:

— Что?.. Что такое?

Он нескоро забудет и этот голос, и побелевшие лица подпольщиков. Удивленные, широко открытые, как у напуганных лошадей, глаза будут долго напоминать ему об этой, еще одной успешно проведенной им операции.

Зимрих рванулся к двери, но Хартман успел закрыть ее и подпереть железным брусом. Пронесшись сломя голову по коридору, он подскочил к выходу из магазина, где его и настиг ужасающий грохот от двух разорвавшихся гранат. Взрыв в замкнутом пространстве, как знал Хартман, должен был разнести на части и этих людей, и туши коров и свиней, висевшие там. Пожарным придется не один день разбирать куски мяса, если только таковые уцелеют, прежде чем можно будет опознать хоть кого-то из погибших. А к тому времени он уже будет далеко.

Хартман пересек улицу, направляясь к югу, на вокзал. Из окон соседних домов начали высовываться жители, чтобы посмотреть, что же случилось. Он оглянулся на миг, будто тоже был одним из этих любопытных зевак. Из лавки валил столб дыма, но огня не было видно. И все же, так или иначе, все мясо на этом складе, скорее всего, сгорит.

Внезапно средняя часть здания обрушилась, и улица тотчас заполнилась людьми, которые что-то кричали, размахивая беспорядочно руками.

Хартман, с выражением любопытства на лице, пробирался сквозь толпу. Сердце у него сильно билось. Находясь в возбужденном состоянии, он испытывал примерно такое же наслаждение, как и при оргазме.