Онлайн книга «Время волка»
|
— В общем, ни денег, ни паспорта, – резюмировал капитан. – И вы рассчитываете, что мы возьмем вас на борт, накормим и оденем? — Я не прошу ничего подобного, – ответила Фрида. Теперь уже можно было разглядеть приближавшееся суденышко с трепетавшими под ветром двумя флажками со свастикой перед кабиной. Радоку даже не надо было смотреть на катер, чтобы узнать, кто на нем. Фрида, тоже увидев судно, схватила Радока за руку. — Они что, за вами? – спросил швейцарский капитан. Радок кивнул. — Послушайте, меня вы можете отдать им. Но не делайте этого с нею. В рейхе ее ожидает верная смерть. Нацисты убивают всех евреев. — Чушь! – отрезал капитан. — Нет, не чушь, – возразил Радок. – Нацисты планомерно уничтожают их. В лагерях на Востоке. Их политика нацелена на полное истребление евреев. — Не болтайте чепухи! Командир смотрел на Радока как на сумасшедшего, осмелившегося вдруг поливать грязью мать капитана. Немцы для него хоть и были воюющей нацией, но отнюдь не безумцами, вознамерившимися вдруг в бредовом жару извести целый народ. И Радок сам внезапно понял, насколько неправдоподобно звучало все то, что он говорил. — Они упрячут вас в тюрьму! – бушевал капитан. – И, насколько я понимаю, туда вам и дорога! Независимо от того, являетесь ли вы обыкновенными уголовниками, или нет. — Я офицер полиции. Всю свою сознательную жизнь я охранял покой людей и стоял на страже закона, – произнес Радок и тут же осознал, сколь глупо с его стороны пытаться в сложившейся ситуации хоть в чем-то убедить твердолобого швейцарца. Немецкий патрульный катер остановился в нескольких сотнях метров от них, в нейтральной полосе между немецкими и швейцарскими водами. — Я ничего не могу для вас сделать, – заявил в заключение капитан. – Вы не можете оставаться здесь. Возвращайтесь обратно. Мы – нейтральная страна. И не в состоянии принять у себя половину Европы в качестве беженцев. — Еще бы! – отозвался Радок. – Все эти чужаки отберут у вас работу, не так ли? Но этого никто не желает делать. Никто не хочет, чтобы знаменитые швейцарские часы стали вдруг ходить медленнее. Никто не требует, чтобы сердца швейцарцев преисполнились вдруг сострадания. — Не много ли вы себе позволяете?.. – начал было капитан. Но Радок оборвал его: — Вы посылаете нас обратно, на смерть, и еще упрекаете меня в чем-то! Слушайте, капитан, если бы у меня сейчас было оружие, я снес бы вам голову. Вы же не человек, и нет у вас права жить на белом свете и производить подобных себе автоматов. Вы не можете считаться представителем человеческой расы. И там, где у человека должно находиться сердце, у вас просто дыра. — Достаточно! – изрек капитан. – Или вы разворачиваете шлюпку и возвращаетесь в германские воды, или мы топим вас. Молодой моряк у пулемета, услышав эти слова, передернул затвор, готовясь к стрельбе. — Спасибо, капитан! Пусть дети твои умрут, не родившись! — Радок! – повисла Фрида на его руке и затем произнесла рассудительно: – В таком случае, капитан, не могли бы вы, по крайней мере, оказать нам услугу, взяв с собой имеющиеся у нас документы? – Она протянула ему оранжевый конверт. – Все, что требуется от вас, – это отправить их по почте в американское представительство в Берне. — Но мы нейтральная страна, фрейлейн… |