Книга Время волка, страница 175 – Дж. Сидни Джонс

— И очень испорченный мальчик, – шепелявя, хихикнула она. – И что мы будем делать дальше?

Теперь уже другая ее рука грубо мяла его правую ягодицу. Он снова ощутил конвульсию.

Ее удар ожег ему зад и заставил его задрожать. Он словно застыл, стоя у кровати. Потом задергался, как в судороге.

— Какой испорченный, испорченный мальчик! – повторила она, наблюдая за реакцией, которой сумела добиться. – Ложись и получай свое наказание.

Он закрыл глаза и, позволив затащить себя снова на кровать, лег ничком, уткнувшись лицом в мягкую подушку, которая, совсем как у его матери, пропахла тальком и выпивкой.

Ноги Фриды внезапно потеряли опору в тающем снеге. Она споткнулась и упала на бок. И сразу же полностью погрузилась в снег. Он набился ей в уши и в нос. Стало нечем дышать. А когда она открыла рот, чтобы позвать на помощь, снег забился и туда.

Мужчины тотчас поспешили к ней на помощь. Ее схватили за руки и за ноги. Чья-то рука коснулась было ее груди, но тут же быстро убралась.

Макс и Радок вытащили девушку из снега. Она прокашлялась и снова вернулась к жизни.

И они пошли дальше.

Это был второй день.

Они то опускались ниже зоны альпийских лугов, то взбирались вверх по склонам Штубайских Альп. Снег ярко блестел под горячим горным солнцем, под воздействием которого где-то образовывался наст, а где-то – снежные пустоты, в одну из которых и угодила Фрида. Они шли на запад к той точке на карте, которая называлась Ландек.

К полудню они достигли первой вершины, Ахеркогеля, высотой три тысячи сто метров. Погода по-прежнему была ясной и солнечной. Снег ярко блестел вокруг. Открывавшиеся их взору виды и очаровывали, и пугали, когда они думали о том, что пробираться в Швейцарию им придется по этим горам и лесам.

На Ахеркогеле они сделали привал, чтобы перекусить. Фрида, заведовавшая в этот день едой, поняла, что провизии не хватит на завтра. Девушка подозревала, что Макс ночью прихватывает себе кое-что из продуктов. Но все, чего она хотела, так это с честью выдержать выпавшие на ее долю испытания, дабы не осрамиться перед сварливым стариком и избежать тем самым его осуждающего взгляда.

После привала они снова побрели. Тропа вела их вниз, в долину реки Отцль. Снег здесь почти весь растаял, и идти приходилось по жидкой грязи. У Фриды болели мышцы на ногах, и утешало ее лишь то, что было теперь не так скользко. Они все чаще пересекали дороги для вывоза леса и горные тропы, одни из которых шли на север, другие – на юг. Выйдя на дорогу, уходившую в нужном направлении, они, поразмыслив немного, отвергли ее: если она где-то неподалеку кончается, то ими был бы потерян зря целый день. Это не столь уж сложное уравнение, но Фрида все же была рада тому, что не ей одной пришлось решать его.

Их успех зависел в значительной мере от того, сколь незаметно удастся им продвигаться вперед. Поэтому лучше всего придерживаться горных троп, где едва ли кто попадется им навстречу. Краль и Хартман не должны знать, куда именно держат они путь. Насколько Фрида могла судить, в основе избранной Радоком тактики лежала скрытность передвижения. Однако тот же Радок сказал ей, что довольно скоро, когда они подойдут поближе к границе и вернутся в цивилизованный мир, чрезмерная осторожность может лишь погубить их. Вопрос заключался в том, когда им следует пойти на риск и перестать скрываться.