Книга Падение.live, страница 164 – Ирина Логарт

— Ты мне нужна. Такой подход больше нравится? Могу повторить по слогам, если пар из ушей мешает слушать, — его пальцы прошлись по моему запястью и снова обхватили его, голос стал тише, запнулся: — Я устал. К черту все.

Я несколько раз хлопнула ресницами, с огромный трудом обрабатывая эти слова.

Ну нет, это уже слишком. Даже для него.

— Устал? При отеле наверняка есть хорошие шлюхи. Могу вызвать, — процедила я, пытаясь вырвать руку из его хватки.

Серые глаза прищурились, став на пару оттенков холоднее.

— Я сказал, что мне нужна ты, а не шлюха.

— Мы оба знаем, что это вранье.

Он усмехнулся, не отрывая от меня глаз. Но улыбка вышла вымученная.

— Мы оба знаем, что нет. К моему большому сожалению, если тебе от этого легче.

Медленный выдох должен был дать мне немного времени. Времени, которое я тратила на то, чтобы перекрыть все каналы и лазейки, по которым эти слова могли добраться до центра принятия решений и быть обдуманными. Руслан же, внимательно наблюдая, потянул меня еще ближе к себе, намеренно лишая столь необходимого для мозговой активности пространства:

— Ты не слышишь меня. Я здесь, перед тобой. Я абсолютно честен. Я сказал, что ты мне нужна. Эгоизм? Может быть, но это правда. Мы скоро сожрем друг друга. Я думал, что все выйдет по-другому. Но выходит так, что я не хочу доводить все до… конца. Не пытайся сделать это еще одной ложью. Черт возьми, просто посмотри на меня!

Я упрямо помотала головой.

— Нельзя сделать ложью то, что является ею с самого начала.

Он усмехнулся и с ожесточением провел рукой по своим волосам, на секунду отвернувшись. Затем его взгляд метнулся обратно ко мне. Лихорадочный, больной — в нем впервые не осталось ни грамма его хваленой выдержки.

— Браво… Ты нашла самое паршивое время, чтобы вести себя разумно. Окей. Хорошо, давай тогда по нашим привычным правилам. Превратим все в гребаную сделку: это будет в счет твоего долга. Так устроит?

Я подняла взгляд на него.

— Ты собираешься потратить мой долг на…

— Да.

— Головой ударился?

— Я сказал, что ты мне нужна, ты мне не поверила. Я предложил вариант, в котором тебе не нужно мне верить. Нравится ли он мне? Нет, блять. Потому что я пытаюсь достучаться до тебя, а ты закрылась и не слышишь. Мы разучились разговаривать без подтекста, Мира.

Я усмехнулась, горько. От души горько.

— Если это так, то ты нашел самое паршивое время, чтобы пытаться достучаться. Слишком поздно, Руслан.

Он не представляет, насколько поздно. Он ведь не знает, какую кашу я уже заварила. Если бы знал — он или не пришел бы вовсе, или пришел, но уже не разговаривать. Если бы знал — он бы просто повторил все то, что сделал тогда в особняке, но с удвоенной жестокостью. И самое отвратительное — черт возьми, я была бы рада. Потому что я смертельно скучаю по нему. Эта невыносимая тоска по тому, кто всего в паре сантиметров от тебя, разъедает сердце.

Но она не помешает поступить так, как должно.

Мой взгляд стал увереннее. И холоднее. Я собрала в кулак всю свою волю и решительно закончила этот балаган, бессильно наблюдая, как с каждым моим словом в его глазах что-то неумолимо затухает:

— Я не стану с тобой спать в уплату долга. Я сказала тебе однажды: твоей шлюхой я не буду. Так что найди себе другую игрушку, а моей долговой расписке — более разумное применение. Это так, дружеский совет.