Книга Под кожей, страница 124 – Ника Коваль

Силуэт делает шаг вперед, и тусклый свет падает на его лицо. Я замираю. Шрам, пересекающий щеку от виска до угла рта. Мертвый, остекленевший глаз. А второй горел таким безумием, что по коже побежали мурашки. Его взгляд полон одновременно полной, темной и липкой жаждой власти над чужой болью. На вид ему не больше 37, тёмные волосы выбриты по бокам, одет официально, словно пришел на важное мероприятие. Почему-то он мне кажется знакомым, но я не могу понять почему. Это меня до жути пугает. Кажется, что я вот-вот сойду с ума, если это всё не закончится в ближайшее время.

— Не трожь ее, – хрипит Келл, пытаясь встать между нами. Его тело предательски дрожит. – Мы… мы договорились. Я сделал, что ты просил. Привел её, чтобы ты через неё нашел Артура. Теперь отпусти…

Мужчина медленно, почти лениво, поворачивает голову к Келлу. В его руке лезвие описывает легкую, игривую дугу.

— Договорились? – голос его звучит притворно-задумчиво. – Да, кажется, было что-то такое. Ты привел мне мою куклу. И за это я обещал сделать тебе… что именно?

Келл бледнеет. Его глаза мечутся, пытаясь найти у меня поддержки, которой нет и не может быть.

— Ты… ты сказал, оставишь меня в покое. Дашь уйти.

— Ах, да! – Силуэт прищелкивает пальцами. – Совсем забыл. Спасибо, что напомнил.

Движение настолько быстрое, что я успеваю увидеть только смазанный блеск стали. Тихий, влажный звук. Как будто режут спелый плод.

Келл замирает с широко открытыми глазами. Его взгляд устремлен в никуда. Из уголка его рта стекает тонкая струйка слюны, смешанная с чем-то темным. Потом он медленно, как подкошенное дерево, оседает на колени. Мои глаза расширяются от ужаса, а из горла вырывается истерический вскрик.

Монстр хватает Келла за волосы и запрокидывает его голову. Я встречаюсь взглядом с потухающими карими глазами, в которых не осталось ничего, кроме боли и страха.

— Напомним малышке любимую сценку из её детства, Келли? Давай поможем ей сложить пазл в её хорошенькой головке, – звериный оскал окрашивает рот мужчины, когда он хрипит эти слова на ухо своей жертвы.

Лезвие подходит к шее Келла. Я застываю. В моей голове начинают проигрываться воспоминания той роковой ночи. Нож, переулок, Лина. Моим телом овладевает то же состояние, что и тогда. Я не могу пошевелиться и могу лишь наблюдать, как монстр безжалостно разрывает лезвием горло. Глаза моего бывшего друга наполнились кровью, капилляры в них полопались, а зрачки расширились, делая взгляд ужасающим. Звук резаной плоти доносится до моих ушей, от него мне хочется кричать, но я не могу. Не могу вымолвить и слова, чтобы остановить этот кошмар. Ритмичные движения руки заставляют кровь бить фонтаном, хлестать по грязной стене и капать на мои застывшие ноги. Она тёплая. Липкая. Совершенно такая же, как тогда.

Келл не кричит. Лишь хрипит, захлёбываясь собственной жизнью. Его взгляд затуманивается, но он ловит мой. В нём не укор, не мольба. Там на миг вспыхивает что-то странное: спокойствие. Оно страшнее всего. Как будто он… ждал этого. Знал.

Вокруг лезвия на его шее уже клубится пар – его последнее, ускользающее тепло. Рука убийцы не дрогнула ни разу. Движения выверенные, опытные. Это не ярость. Это ритуал. Наконец, я слышу тот самый звук треска трахеи. Это и было его планом. Воплотить мой самый страшный кошмар в реальность, но уже с другим человеком.