Книга Под кожей, страница 122 – Ника Коваль

Шаги за металлической дверью заставляют меня сжиматься с каждым мгновением. Вот он. Тот, кто расправится со мной, тот, кто закончит мою жизнь самым изощренным способом. Я не хочу умирать. Я боюсь умирать. Да, я хотела этого раньше, когда была в полном отчаянии. Не видела выхода, не видела конца этому аду. Но сейчас у меня есть надежда, есть то, ради чего я хочу жить. Месть за Лину, раскрытие правды об отце, уничтожение Энигмы и… Крис. Я не могу его оставить, не хочу этого. В этот критический момент я осознаю, насколько сильно к нему привязалась. Абсурд, правда? Человек, которого я боялась как огня, стал для меня единственным светом в этой кромешной темноте. Слёзы начинают катиться сильнее, когда я понимаю, что, возможно, никогда больше его не увижу. Не смогу поблагодарить за всё, что он сделал для меня и… поцеловать. Я очень этого хотела, когда мы были на ярмарке. Это было какое-то наваждение, которому я не могла сопротивляться. Возможно, это стало бы ошибкой, но тогда меня это не волновало. Сейчас я жалею, что струсила. Первого поцелуя по любви никогда не произойдет, я больше не проснусь в его доме, не почувствую его запах и нежное прикосновение его пальцев. Я умру здесь, долго и мучительно. Одна. Перед глазами появляется образ плачущей Лис, которая кладет цветы на мою свежую могилу, как я по ней скучаю… мне не хватило того времени, что мы провели вместе на ярмарке, но это стало для меня подарком. Увидела её в последний раз.

В один момент железная дверь открывается с невыносимым скрипом. Я в ужасе поднимаю голову, наблюдая, как в темноте появляется силуэт. В этом чертовом освещении я вижу только его обувь и примерный рост. Почему-то он мне сразу кажется знакомым. Я стараюсь отползти назад, но ударяюсь спиной о стену, ещё раз переживая эту гребаную боль. Из моих глаз полились слёзы, а с губ сорвалось сдавленное рыдание.

— Кто вы?! Прошу, отпустите! Оставьте меня, я ничего не сделала!!! – срываюсь я, и мои плечи безудержно трясутся.

Я слышу его дыхание, оно слегка прерывистое, но не похоже на то, что я слышала за дверью. Оно более неуверенное, даже… печальное. Силуэт делает несколько шагов вперед, и я наконец-то могу рассмотреть его лицо сквозь залитые слезами глаза.

Но стоит мне встретиться взглядом с этими карими глазами, моё дыхание останавливается. Передо мной стоит Келл. Здоровый, похорошевший, всё с теми же ублюдскими ямочками, которые я возненавидела в тот роковой вечер. В нём поменялась лишь прическа. Его раньше кудрявые волосы теперь зализаны назад. На нём тот же костюм, который он надевал на наше свидание, и те же лаковые туфли с каблучком. Он просто смотрит на меня, держа руки в карманах, но на его лице написано безумное напряжение. Нет больше того заносчивого придурка, который пытался меня поиметь. Его губы слегка дрогнули в едва заметной горькой улыбке, будто он уже знает, что сегодня произойдет.

— Ну, вот мы и встретились, Эмма.

Какого чёрта… Я смотрю на него неверящими глазами, пытаясь понять, что происходит. Неужели он станет моим палачом… хуже сказки придумать нельзя. Стану той, кого зарубил когда-то хороший друг. Крис был прав, люди не меняются. Я до последнего пыталась оправдать Келла после нашей последней встречи и даже волновалась, что он уже мёртв. Точнее, я была в истерике. И где я сейчас? В подвале, в котором он меня и убьет.