Книга Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека», страница 56 – Елизавета Бута

— Поезжай в Ангарск, изучи, что у них там с серией, — приказал Китаеву его непосредственный начальник.

— А что там такое? — спросил Николай. Как обычно, по его виду невозможно было понять, рад он этой работе или нет.

Начальник молча пододвинул региональную газету, открытую на последней странице. По соседству с гороскопом и колонкой юмора находилась статья, в которой рассказывалось о том, что в Ангарске уже несколько лет подряд пропадают девушки.

В Ангарск Китаев приехал уже на следующий день. Встретили его там весьма настороженно, а когда выяснилось, что следователю из Иркутска требуется доступ к делам, списанным в архив, лицо секретарши вытянулось так, что Николай Николаевич почувствовал себя гоголевским ревизором.

— Проверять все будете? — настороженно поинтересовалась она.

— Конечно буду. Все ошибки совершают, а в нашем деле за каждой ошибкой жизнь человека, — постарался улыбнуться Китаев. Девушка явно не поняла смысла сказанного, и напряжение на ее лице лишь усилилось.

Следователю выделили маленькое полуподвальное помещение со следами плесени на стене. Казалось, что здесь долгое время был склад уборщицы, а сейчас, специально для ревизора, из комнатки вынесли весь хлам, но запах старых ненужных вещей никогда не уходит вместе с ними. Он остается и напоминает о себе при любом удобном случае. Вдобавок ко всему в каморке не открывалось окно, и оттого курить в ней не представлялось возможным. Китаев вот уже несколько месяцев бросил эту вредную привычку, но его посетителям требовалось закурить частенько, а невозможность сделать это сильно усложняла работу.

В последний раз Николай Николаевич Китаев был в Ангарске тринадцать лет назад, в середине 1980-х. С тех пор уже не осталось никого, кто бы помнил то его появление, но ненавидеть здесь его продолжали. Это напоминало эксперимент с обезьянками, которых били током, когда они тянулись за бананами, после чего они переставали тянуться к ним. Постепенно в группу добавляли новых животных. Никто их уже не бил током, с этой задачей успешно справлялись первые подопытные. В конце концов в группе не осталось ни одной обезьянки, которую били током за попытку сорвать с ветки банан, но животные продолжали бояться и яростно избивали всех, кто осмеливался потянуться за лакомством. В отделении милиции Ангарска за эти пятнадцать лет практически полностью обновился состав сотрудников, но все прекрасно знали, что Николай Китаев — не тот человек, с которым можно иметь дело.

Тогда, в 1980-х, его заинтересовало дело об изнасиловании и убийстве девушки, шитое белыми нитками. Поскольку речь шла о высшей мере наказания, дело отправили в Иркутский областной суд, но оттуда его вернули на доследование. И так продолжалось несколько раз на протяжении трех лет, пока наконец все-таки не удалось пропихнуть дело в суд Ангарска, где и был вынесен страшный приговор: одного человека приговорили к смертной казни, а еще троим дали по пятнадцать лет. Китаеву сразу было понятно, что выводы следствия по меньшей мере не соответствуют действительности, поэтому он сам попросил себе командировку в Ангарск. Дело касалось никому не знакомой девушки, приехавшей из другого города; осудили никчемных алкоголиков. Никто, кроме Китаева, не видел в том проблемы.