Книга Охотник за головами, страница 95 – Гловер Райт

— И Картер тоже?

— У меня такое чувство, что Картер играет во всем происходящем второстепенную роль. Его вывели из игры. Нажим оказывается непосредственно на нее – подложенные наркотики, страшная посылка и теперь, как мне, увы, кажется, дети.

— Не понимаю.

— Их с ними нет, сэр. Вы же мне сами сказали.

— Но вы подумали, что она их где-нибудь спрятала.

— Иногда я склонен доверять интуиции больше, чем доводам здравого смысла. И сейчас как раз один из таких случаев. Мне кажется, прошлой ночью произошло многое и самое разное, чем, в частности, и обусловлен ранний звонок вам.

— Демуров? Так вам удалось что-то узнать?

— Я не могу сейчас разговаривать. Я найду вас, как только смогу. А сейчас мне надо ехать.

— Макалистер!

— Слушайте выпуски новостей! И постарайтесь больше не упустить миссис Бреннигэн.

— Она в опасности?

— Мы все в опасности, сэр.

— Черт побери, Макалистер!

Макалистер убрал в карман телефон, повернулся спиной к посетителям кофейни, достал из кобуры автоматический пистолет, вставив обойму, спустил пистолет с предохранителя и сунул его за пояс – всего в паре дюймов от того места, куда сейчас упрется рычаг передачи. Он вышел на улицу в крайнем волнении, просигналил постовым, чтобы они расчистили выезд со стоянки, сел за руль и погнал свою неприметную, хотя и с мощными двигателем, «сьерру» в больницу Королевы Виктории.

У него не было особенных иллюзий: Бобби Хардинг, нанеся ему визит, тем самым практически приготовил несчастного к смерти.

— Имя этого парня? – спросил Макалистер у офицера парашютно-десантных войск, наткнувшись на него в больничном коридоре.

Скулы у офицера были напряжены, несоразмерно маленький берет с серебряными крылышками низко нахлобучен на бритую голову, словно для того, чтобы прихлопнуть бушующий в ней гнев.

— Капрал Хиггс.

— Полковник, именно в данную минуту вашему парню не нужен вертолет, ему не нужны вы, ему нужна его мамочка – так сильно, как никогда прежде, – а мне надо пройти к нему и заменить ее, так что не ждите от меня, что я буду называть его капралом Хиггисом!

— Он солдат.

— Он умирающий мальчик. Солдатчина для него позади. Верно?

Широкие плечи в камуфляжной форме чуточку поникли.

— Томас Альберт. Дружки называют его Томмо.

— Но мамочка наверняка зовет как-то иначе.

— Черт побери, но откуда мне знать?

— Ниоткуда. А в моем мире это первое, с чего начинают знакомство. – Макалистер чуть отодвинул полковника в сторону. – Не беспокойтесь, мне уже приходилось заниматься этим раньше. Слишком часто.

Он предъявил слегка опешившему полковнику свое удостоверение и вошел в отдельную палату, где было прохладно и едва слышно шептал кондиционер. Он сел у смертного ложа, сперва не дрогнув, но потом поневоле заморгал, увидев страшные раны на обезображенном лице. Казалось, будто перед ним два совершенно разных лица на одном и том же черепе. Одна сторона лица была сравнительно нормальной, другая – опухшей, бесформенной и бескровной маской.

Санитар, заметив, как смотрит на раненого Макали-стер, шепнул ему на ухо:

— Левая сторона полностью парализована, поэтому он так и выглядит.

Макалистер, кивнув, уселся поудобней и осторожно взял безжизненную руку раненого.

— Томми? Все в порядке, сынок. Тебе сейчас больно, но ты попал в хорошие руки. Тебе надо просто лежать и отдыхать, надо набираться сил. Тебе понадобятся все твои силы.