Книга Охотник за головами, страница 54 – Гловер Райт

Кэт не хотела и слышать этого.

— Он стоял рядом со мной, когда Пэррис объявил, что у меня нет никаких денег. Я была бессильна расплатиться с ним – так чего ж ему было добиваться? Он знал, что ничего не получит. Разве так повел бы себя на его месте истинный убийца и вымогатель?

— Картер ведь не остался там с вами. Он привез вас сюда. Он понимал, что мы собираемся заплатить вам, если нам понадобится ваше сотрудничество, а такому человеку, как он, было совершенно ясно, что оно нам понадобится позарез.

Кэт мрачно уставилась на Ханну.

— И мне придется оставить детей здесь, на вашем попечении? Это часть нашей сделки?

— Так будет безопасней.

— Не будет, если вы не ошибаетесь насчет Картера.

— Если я не ошибаюсь, то ему нужны не их головы и не ваша. Ему нужен миллион долларов.

— А если вы ошибаетесь?

— Если я ошибаюсь, значит, он отправится на охоту за убийцами и убьет их, а мне не хочется этого допустить.

— Убийц Патрика. Как знать, возможно, мне хочется именно этого.

— Если речь идет об англичанах, то это, Кэт, недопустимо с политической точки зрения. И будет иметь пагубные последствия для всей операции. Здесь, у нас, он нейтрализован. Мы не можем допустить повторения колумбийских событий. И запомните, у вас все основания стремиться к тому, чтобы наше дело закончилось полным успехом. Просто выкиньте Картера из головы.

— Ну, и что мне придется делать?

Ханна Армитидж улыбнулась:

— Вам придется заставить нескольких безжалостных, но наивных мужчин поверить вам. Вам придется быть женщиной, Кэт.

— И что тогда?

— Нам нужны несколько фамилий. Фамилий, которые, как мы надеемся, у них все-таки есть.

— А зачем?

— Никогда не спрашивайте зачем, Кэт. Этот вопрос может убить вас.

Рик лежал на спине; холодная земля, покрытая прелой соломой, касалась его тела, словно рукой мертвеца. Он глубоко задышал, вбивая в себя запах подгнивших овощей, навоза и земли; ему казалось, будто он лежит в могиле.

Но чувствовал он себя нормально.

Почти нормально.

Ему хотелось, чтобы тьма у него над головой рассеялась и показались звезды, а не только расплывчатое, нервное, попросту жалкое пятно луны, всегда казавшейся ему чем-то несовершенным.

Рик всегда стремился увидеть звезды. Сила этого желания была сопоставима с волей к оргазму. А иногда – в те разы – и приводила к оргазму.

— Ну, сколько еще, Рик? – спросил Дейв, стуча зубами от холода. – Она, черт ее побери, может проторчать там всю ночь.

Рик увидел просвет в тучах, сквозь который на мгновение показались звезды. Он улыбнулся.

— Рик?

— Узнаешь это, Дейв?

Он лениво ткнул пальцем куда-то вверх и в сторону.

— Спутниковая антенна?

Рик повернулся к Дейву, оказавшись так близко, что задышал блондину прямо в лицо.

— Помнишь, Дейв?

Тот облизнул холодные губы.

— Конечно, Рик.

Дейв запомнил главным образом крики. А потом произошло нечто такое, что ему раз и навсегда захотелось вычеркнуть из памяти. Но Рик постоянно был тут как тут, живой свидетель всего, что произошло. Дейв уставился на небольшую металлическую тарелку серого цвета в каких-то двадцати ярдах отсюда, за забором, озаренную ярким лунным светом, и покачал головой, осознавая теперь уже все до конца, разглядывая знакомые приметы.

— Не думай об этом, Рик. Мы берем деньги и смываемся, договорились? Мне вообще непонятно, какого дьявола мы находимся здесь. О господи, пересечь границу! Это же чистое безумие! Послушай, Рик, давай вернемся. Она найдет наше сообщение и расплатится с нами. У нее ведь дети, ей не нужны никакие неприятности. Да что там, она же сама предложила деньги! Может, нам ей и угрожать не стоило, а, Рик? Если бы мы вели себя поучтивей, она бы и сама не ерепенилась.