Книга Охотник за головами, страница 43 – Гловер Райт

— Мне надо жить. Как любому другому.

— Но ведь вы не похожи на первого встречного и поперечного, не так ли? Не поймите меня неправильно; я вам за это только благодарна. Благодарна за то, что вы сейчас рядом со мной. Но вы ведь живете на свете не только затем, чтобы набивать себе брюхо? С вашим-то знанием подоплеки всего происходящего! Возможно, вы занимаетесь тем же, чем занимался Патрик. И вот сейчас, в данную минуту, лжете мне? – Повернувшись к Картеру, Кэт схватила его за предплечье, почувствовав, как напрягся под ее пальцами тугой мускул. – Мне надо понять, кто тут из реального мира. Вы часть всего, что происходит?

— Я знаю мир, в котором оно происходит. В спецслужбах только на это и натаскивают. Я знаю, на что они способны. – Он проницательно посмотрел на нее. – Благодарить вам меня следует именно за это. Вы нажили себе слишком много врагов. Так что держитесь за тех, кто вам друг.

— А вы мне друг, Маркус?

Он вновь посмотрел на нее.

— Я вам больше чем друг. Я враг вашего врага. – Он пожал плечами, словно все эти объяснения ему внезапно наскучили. – Вы хотите, чтобы я объяснил вам, почему рискую закончить жизнь под пулями? Иногда вашингтонская политика оказывается неверной, иногда валяют дурака военные, а расплачиваться за это приходится другим. Вам все ясно? Почитайте газеты, такое случается сплошь и рядом.

Он вновь уставился на дорогу.

Немного помолчав, Кэт сказала:

— Вы оставили эту посылку Макалистеру – почему же он не связался с нами? Почему не позвонил сюда – в машину? Он ведь и на самом деле полицейский. Ему, должно быть, хочется получить ответы на свои вопросы.

— У Макалистера нет нужных вопросов – пока еще нет. После встречи со мной ему будет над чем поломать голову. Он наверняка кое в чем усомнится. И возможно, сам сумеет найти ответы. А как ему тогда позволят себя повести… это уж вопрос отдельный. Так или иначе, наше исчезновение устраивает Макалистера. Вы для него – источник всего дурного, чревато и подрывом репутации, и карьеры. Вы уже и без того перегрели информационный рынок. – Он постучал по радиотелефону. – Отключен, как видите. Никогда не пользуюсь им без крайней нужды. Такие переговоры легче всего поддаются перехвату. Не следует сообщать им, где мы сейчас находимся, – пусть сами попробуют это установить.

— Им? Тем, кто принес мой багаж? Вы считаете, они нас преследуют?

Кэт нервно обернулась и посмотрела в заднее окно.

— Если это англичане… – Картер сделал большие глаза, – то они уже понаставили здесь жучков. Вся машина напичкана электроникой. А вы полагали, что «Бегущий по лезвию» – это всего лишь кинокартина?

— Так, может быть, они наблюдают за нами? Они видят нас прямо сейчас?

— Прямо сейчас. Но мы уже почти в Ньюри. А там граница. А за границей они ослепнут.

В Ньюри имелось множество воронок с кучами битого кирпича, со всех сторон окруженных пятнами бурой пыли. Каждая из этих ран на теле города была обнесена дощатым забором, а по нему пропущена колючая проволока – картина, конечно, временная, но ничуть не менее временная, чем тянущаяся здесь бесконечная война.

Приграничный контрольно-пропускной пункт был обнесен забором другого рода, враждебным, чуть ли не сатанинским: высоким, темным и глубоко эшелонированным, сконструированным из стали и железобетона, снабженным сенсорами, телекамерами и наблюдательными башенками, которые не взяла бы – да и не брала – даже бомба. За этой оградой, похожей на причудливого вида птичник, защищенное всей ее крепостью против внезапной атаки, находилось место, где серьезное дело проверки безопасности вершилось без лишней спешки, зато круглосуточно.