Книга Охотник за головами, страница 115 – Гловер Райт

И снова обратился к разложенным перед ним бумагам. Казалось, на него самого внезапно упала тень Карелина, хотя личной угрозы премьер-министру больше не существовало. Валентин Васильевич Карелин – или, согласно легенде КГБ, Ричард Стивен Кайн. Странно, но в круг мастеров своеобразного дела затесался истинный художник. Хореограф классического балета. «С авангардистскими тенденциями, – значилось в легенде, – беглец из ортодоксального советского общества, радостно принятый либералами Запада и со всей неизбежностью очаровавший их своими талантами… талантами, открывшими ему доступ в самые высокие круги общества и, соответственно, обеспечившими возможность в урочный час… заранее списав задуманное преступление на взрыв бурного артистического темперамента…»

«Преступление» – это слово пришлось премьер-министру не слишком по вкусу. Особенно поскольку речь шла о превосходно подготовленном, вне всякого сомнения, в высшей степени эффективном и умеющем действовать бесшумно убийце и диверсанте… Противоречие было очевидным – и, с учетом отвратительного инцидента, зафиксированного в личном деле и в истории болезни Карелина, – более чем тревожным.

Остальные легенды были скромнее – и это почему-то вызывало меньшие опасения (что само по себе странно – потому что и трое остальных членов ударного отряда «Спартанцы» были наверняка такими же беспощадными убийцами, как и балетмейстер Карелин).

Анатолий Демуров, иначе Арни Ковальски, эмигрант из Польши, автослесарь; Сергей Федяшин, или Макс Гольдман, подданный Великобритании во втором поколении, сын иммигрантов литовско-европейского происхождения, портной; Яков Лобжанидзе, или Дэвид Джон Райян, торговец, англичанин, с примесью ирландской крови, но слишком незначительной, чтобы она вызывала подозрения. У всех свое дело, причем – весьма неприметное и незначительное, без каких-либо шансов на стремительное расширение и процветание, но и без риска прогореть, – любым из этих дел можно заниматься на протяжении всей жизни. Если не распсихуешься, подумал премьер-министр, потому что это были иностранцы в чуждой им среде, рискующие быть разоблаченными в любую минуту. А может быть, их так хорошо подготовили, что они не ощущают себя здесь иностранцами. А если и ощущают – то какое это сейчас имеет значение? Выйди на улицу, напомнил себе премьер-министр, представителей скольких племен и народов ты встретишь в первые же пять минут? В первую же минуту! И большинство чувствуют себя здесь как дома. Вот именно. Как же просто оказалось для КГБ устроить все это! Какими слабаками мы им, должно быть, кажемся!

Он откинулся в кресле. Теперь вопрос заключался только в том, как от них избавиться.

«Ну, так и займись этим. Займись – и покончи!»

Но это как раз было бы проще всего.

Однако он так никогда и не узнает, кто же сейчас стоит за ними. Кто побудил их к активности. Кто контролирует. Кто настолько самоуверен, властен и облечен огромными полномочиями, что может по собственному усмотрению манипулировать тайными убийцами. И обеспечивать им прикрытие. И финансировать. А кто-то должен был заниматься и этим. Кто содержит их, как шлюх, для удовлетворения своих темных нужд?

В дверь постучали.

— Войдите.

Появилась секретарша.

— В чем дело?

Она положила на стол новый факс.