Онлайн книга «Недвижимость»
|
незнакомцем. Город. Садовый домик Громова. То, что вдова начала охоту за мной я убедился буквально через день, когда вечером подкатился к своим новым «колесам», припаркованным у дома правления садового товарищества. — Павел Николаевич… — голос раздавшийся у меня за спиной, заставил меня вздрогнуть от неожиданности: — А я вас ищу, ищу, видимо, улицу перепутала и не к тому дому вышла. Я обернулся — ну кто бы сомневался? Давешняя вдова, обряженная в обтягивающие стройные ноги светло-голубые джинсы и почти прозрачную блузку, стояла от меня в паре метров, держа на весу какой-то пакет. — И зачем вы меня искали? — откровенно затупил я. — Вот блинчиков, мясом фаршированным, вам занесла, решила вас побаловать, а то живете один, как сыч, всухомятку питаетесь… — Так, стоп! — я поднял ладонь, прерывая ее панегирик: — Вы меня «кинули» на деньги и лишь вмешательство милиции дает мне какую-то надежду, что вы мне их вернете. Соответственно, мы с вами совсем не друзья, а наоборот. Так к чему ваши блины, или что вы там держите в пакете? — Павел Николаевич, я хотела перед вами извиниться… — вдова покаянно склонила голову: — Это все Антон, мой двоюродный брат. Сказал, что ему надо денег на операцию, а вы меня с ценой на машину обманули, и вас надо наказать. Я бы вам машину вернула, но Антону меня ее угнал и куда-то дел. Я правда-правда, очень перед вами извиняюсь и хотела бы хоть так загладить свою вину. Возьмите пожалуйста. — на мои колени упал пакет с чем-то тяжёлым внутри, а вдова пошла прочь, соблазнительно покачивая бедрами… Да кого я обманываю? Эта чертова тетка бесстыдно и откровенно крутила своей выпуклой жопой, на которую я, и мне не стыдно в этом признаться, смотрел в зверским вожделением, потому как для «этого дела» мой организм вполне восстановился, а вот проверить его работоспособность было давно уже не с кем. И сегодняшняя капитанша, из отдела по работе с личным составом была вполне ничего, с такими милыми круглыми коленками… Пока я пялился на эти прелести (на у что, вдове было за тридцать, но точно не больше сорока), эта змея успела скрыться за воротами дачного общества, оставив меня с пакетом на коленях, из которого бил просто восхитительный запах. В пакете обнаружилась кастрюля, перемотанная полотенцем… Наверное, нас неправильно воспитывали, вдалбливая в голову про «сто двадцать пять блокадных грамм, с огнем и пеплом пополам», но выбросить в кусты кастрюлю с одуряюще пахнущим печевом было выше моих сил. И я покатился домой. Если бы кто-то видел, как жалобно смотрели на меня собаки, когда я отпихивал их наглые морды подальше от пакета с блинами, но я себя преодолел и сумел заставить дойти до забора, граничащего с участком Асии Федоровны, кляня сам себя за жадность. Про Асию Федоровну я плохого сказать ничего не могу, но у нее есть домашний любимец, скандальная болонка по клички Пух. Или недоразумение в виде кобелей болонок положено звать болонами? В общем, это заросшее, свалявшейся в колтуны шерстью, кривоногое существо обладало скверным характером и визгливым стилем лая. Знаете, есть такой солидный лай — один раз гавкнул и всем все стало понятно. А у мелкого Пуха лай походил на визг циркулярной пилы, и если он начинал лаять, то остановить его было практически невозможно. Я засекал по часам — иногда это маленькое чудовище лаяло — визжало, без остановки, больше часа, без всякого ущерба для его организма. В общем, я люблю собак, но Пуха я не люблю и, преодолев свои убеждения, был готов пожертвовать им ради научного эксперимента и выяснения истины. |