Книга Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной, страница 156 – Сандра Лав

Она отвернулась, ее щеки залил нежный румянец. Я нашел свои штаны, стараясь как можно скорее прикрыться, чтобы не смущать ее еще больше.

И так я видел, как она волнуется, как ей неловко. Хотя ночью она была другой – открытой, страстной, полностью моей.

Я закрыл глаза, шумно выдыхая.

"Прекрати думать об этом, черт возьми," – приказал я себе.

"Ты сильнее этого всего." Я должен был быть сильным, контролировать себя, не поддаваться этим чувствам, которые разъедали меня изнутри.

Выпрямившись, я вновь взглянул на мышонка.

Она старалась занять себя чем-нибудь, демонстративно смотрела в окно, лишь бы не встречаться со мной взглядом. Явно не знала, куда себя деть.

В этой тишине, наполненной невысказанными словами и скрытыми эмоциями, я облокотился о стол.

Холодная поверхность дерева под пальцами лишь усиливала внутреннее напряжение.

Я сжал его, пытаясь унять бурю, бушевавшую внутри. Эти чувства, они были мне совершенно не нужны.

Я видел, как страдала моя мать, когда ее сердце было разбито. Хотя она пыталась этого не показывать, но меня не обманешь.

Каждую ночь я слышал, как она плакала. Этот тихий, надрывный плач, проникал в самые глубины моей души.

Она скучала по отцу, которого уже не вернуть. Часть ее сердца навсегда ушла вместе с ним.

Я не мог этого вынести. Видеть ее страдания, чувствовать ее боль – это разрушало меня изнутри.

Поэтому я закрылся. Запер себя в крепости, которую сам же и построил.

Эмоции? Нет. Я отключил их. Заглушил. Запретил себе чувствовать, запретил думать иначе, запретил расслабиться хоть на мгновение.

Нет. Я не мог позволить себе эту слабость. Сила – вот что было моим единственным спасением.

Я видел, к чему приводит эта "истинность" – к уязвимости, к боли, к зависимости.

Мне не нужна была привязанность к кому-то. Я знал, что привязанность делает человека слабым, а слабости я не терпел.

Они были чужды мне, они разрушали.Я привык быть сильным. Привык брать ответственность за себя, за мать, за Логана.

Я всегда был опорой для всех, был тем, кто сильнее всех, кто способен преодолеть любые преграды.

Моя сила была моим щитом, моим единственным оружием в этом жестоком мире.

Шумный выдох сорвался с моих губ.

"Уходи от нее. Оставь."– твердил я себе.

Но ноги словно приросли к полу. Я не мог заставить себя сдвинуться с места.

Мое тело отказывалось подчиняться разуму, скованное невидимыми цепями, сплетенными из чувств, которые я так отчаянно пытался отрицать.

Часть меня хотела бежать, но другая, более сильная, тянулась к ней, к этой хрупкой, дрожащей девушке, которая каким-то непостижимым образом сумела проникнуть сквозь мою броню.

Она смогла изменить то, что я строил годами. Барьеры, которые я возводил вокруг своего сердца, казалось, таяли под ее взглядом.

Жестокость? Нет. Я не мог поступить с ней так, не в эту ночь.

Только не с ней. Ее невинность, ее хрупкость, ее абсолютная отдача – все это ломало мои защитные механизмы, заставляя меня обнажать душу, которую я так тщательно скрывал.

Мои барьеры падали, рушились, превращались в прах перед ее взглядом. Перед ее прекрасными, слово трава глазами.

И я не мог это контролировать, черт возьми! Я пытался, изо всех сил пытался удержать остатки самообладания, но проигрывал.

Уже проиграл.

Зловеще усмехнувшись, я запрокинул голову.