Книга Вернуть истинную, страница 69 – Сандра Лав

"Нежная", - пронеслось в голове. Я вспомнил слова Гареда: "Следила за мной всю ночь". Она следила за мной всю ночь, и теперь, измученная, уснула здесь, в купальне.

В следующий миг, словно вынырнув из глубокого сна, она тут же прикрылась руками, пытаясь спрятать то, что ещё секунду назад было открыто моему взору.

Я усмехнулся, но ощущение в груди стало душным, словно воздух вокруг меня сгустился, стал плотным и вязким.

Её щёки залились краской, и она начала дрожать, не то от холода, не то от смущения, не то от моего присутствия.

— Ты могла случайно захлебнуться, хрипло прошептал я, мой голос прозвучал глухо, словно издалека.

Я видел, как она зажмурилась, словно пытаясь отгородиться от моих слов, от моего взгляда, который, я чувствовал, смущали её.

— Я не заметила, прошептала она в ответ, и её голос был таким тихим, таким уязвимым, что я снова оскалился, пытаясь скрыть своё смятение.

— В следующий раз будь повнимательнее, сказал я, и в моём голосе прозвучали нотки предупреждения, смешанные с волнением.

— Меня могло и не быть здесь. Она закивала головой, её движения были медленными, неуверенными, и она начала продвигаться к краю купели.

Я сглотнул, смотря на её спину, на изящный изгиб позвоночника, проступающий сквозь тонкую кожу.

Захотелось провести по ней рукой, очертить каждый позвонок, почувствовать тепло её тела. Но я отдёрнул себя, понимая, что не могу зайти так далеко.

— Можешь выйти, услышал я её дрожащий голос.

— Мне нужно переодеться. Я снова усмехнулся, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Я уже всё видел, сказал я, в моём голосе звучала усмешка, но она была горькой.

— К чему это стеснение?

Она вздрогнула от моего голоса, от моего тона.

— Сейчас я не хочу, чтобы ты видел, ответила она, и её слова, сказанные с такой искренностью, задели меня.

Напрягся, я снова осмотрел её, чувствуя, как внутри всё сжимается от какой-то новой, непонятной горечи.

— Кто-нибудь был после меня? — спросил я, хотя и знал ответ. Знал, но хотел узнать от неё. Этот вопрос вырвался сам собой.

Её молчание было красноречивее всяких слов. Я чувствовал, как она часто задышала, как по её спине побежали мурашки, выдавая её волнение.

— Я была беременна, наконец прошептала она, и в её голосе звучала нотка отчаяния.

— Как ты себе это представляешь?

Значит, не было никого. Эти слова принесли мне облегчение.

Значит она правда что-то чувствовала ко мне, и это взбудоражило меня сильнее.

— Некоторых даже это не волнует, сказал я, продолжая внимательно смотреть на неё, пытаясь угадать, что творится в её душе.

— Я неопытная, ты сам знаешь, прошептала она, сглотнув. Эти слова заставили меня замереть. Я вспомнил нашу ночь, её первую ночь, нашу первую близость. Какая она была. Я зажмурился, отгоняя эти воспоминания, которые обжигали меня изнутри.

— Знаю, только и сказал я, видя, как она опустила плечи, словно обиженная, словно разочарованная моим равнодушием.

Но я не мог позволить показать, что на самом деле творится со мной. Это было бы слишком опасно. Слишком желанно.

— Переодевайся, сказал я, отворачиваясь, стараясь не смотреть на неё, хотя это было невероятно трудно.

Послышался шум воды, как она вылезла из купели. Я стоял спиной к ней, но чувствовал её присутствие, ощущал, как она движется.