Книга Вернуть истинную, страница 31 – Сандра Лав

— Кто будет помогать ему с оборотом? — он кричал на меня, голос срывался и становился почти невыносимым.

Я вздрогнула от этой бури звуков, едва удерживая себя на ногах.

— Он волчонок, оборотень,растерялась от его слов, ведь сама прекрасно это понимала, но просто не могла иначе. Не могу же признаться ему, что боялась.

— Я хотела рассказать... — вырвалось из меня, но он оборвал меня на полуслове.

— Мне плевать на твои оправдания! — его слова были как холодный нож.

— Себя ты уже показала. И я почувствовала, как обида, горькая и тяжелая, придавила мне сердце.

— Я забираю его! — слёзы текли по щекам, непрошеные и обжигающие. Я при этом вижу, как его тело дрожит от напряжения, как ходят по лицу желваки, мышцы напрягаются, а губы искривляются в оскал — смесь гнева и боли.

— Это мой сын, Хьюго! — голос срывался, но я не могла замолчать. Его тело дёрнулось при слышании своего имени, будто удар. Он зарычал, и от этого звука даже стены затряслись от страха.

— И мой— он резко прервал меня, отрицательно качая головой, словно хотел вогнать меня в беспомощность.

— Он ещё маленький, пойми! — я пыталась вложить в слова всю глубину своей души.

— Ему нужна я! Моё молоко, моя забота! Я его мама— слёзы переливались в глазах, а голос дрожал от нарастающего отчаяния.

— В конце концов он и ведун, моя магия могла достаться ему, обессиленно прошептала, видя как он издал тяжёлый вздох, как его грудь ходит ходуном.

Он резко замер,кулаки сжались до белизны. В этот момент я затаила дыхание, ощущая, как между нами висит невидимый барьер, потрескивающий от напряжения и противоречий.

Внутри всё сжималось от боли — и надежды, и страха, и безысходности смешанных воедино.

— Мне всё равно на твой отказ, я нужна своему ребёнку, и не отказываюсь от него, сказала ему с дрожащим голосом.

Дотронулась до горло, которое першило, слабость окутывала меня. Я должна быть сильной, ради Ника должна, должна показать, что не боюсь, что готова ради своего ребёнка на всё.

Хьюго молчит, давит своим гневом, я же в упор смотрю на него. Впитываю его образ. Какой же он стал. Как же этот год изменил его.

Его глаза – в них теперь не осталось той прежней мягкости, только сталь и холод. Оскал, показывабщий его угрозу.

Его сила. Я ощущаю её даже на расстоянии, она вибрирует в воздухе, исходя от него.

Всё это.Как же он изменился.

Сильный мужчина, отец моего ребёнка.

— Разве ему нужна такая мать, которая скрыла его от собственного отца? От сильнейшего волка, альфы? — его слова прозвучали как удар.

Я зажмурилась, чувствуя, как они впиваются в самое сердце. Слышать это от него, от Хьюго, было невыносимо больно. Значит, вот какой он видит меня – предательницей, обманщицей.

— Ник будет жить со мной, в моём замке, — снова осадил он, его голос не допускал возражений.

— Я поеду с тобой! И мне плевать, что тебе не это не нравится— вырвалось у меня, слова были полны отчаяния.

— Пойми, я нужна ему! Выдели хоть маленькую комнатку, но дай возможность быть с сыном! — мой голос сорвался на мольбу, надеясь, что Хьюго сможет понять меня.

Пусть не простит, но он не может забрать Ника. Не может так поступить со мной.

Я смотрела на него, пытаясь передать всю глубину моей боли, всю мою любовь к сыну, всю мою готовность на любые жертвы, лишь бы быть рядом с ним.