Книга Запретное притяжение Альфы, страница 167 – Сандра Лав

Он что-то чувствовал. Зверь внутри него метался, предупреждая об опасности, но я упрямо гнала от себя дурные предчувствия.

«Он просто занят», шептала я самой себе.

— «Он вернется, он пришлет весточку. Дела стаи, границы, обязанности это нормально».

Но сердце не слушалось, оно билось тяжело и глухо.

Я вышла за калитку и медленно побрела к берегу. Море сегодня было неспокойным. Темные, свинцовые волны с грохотом разбивались о камни, рассыпаясь тысячами холодных брызг. Я дошла до самой кромки воды. Здесь, наедине со стихией, мне всегда становилось легче.

Глупая, болезненная улыбка коснулась моих губ. Я вспомнила его руки, его запах, его шепот.

Чтобы унять дрожь, я огляделась — пустынный берег был залит призрачным светом заходящего солнца. Убедившись, что я одна, я медленно подняла руку.

Это была потребность, которую я больше не могла сдерживать. Сила внутри меня пульсировала, требуя выхода. Я повела пальцами, и вода, послушная моей воле, начала подниматься.

Прозрачные струи сплетались в воздухе, образуя причудливые фигуры — танцующих птиц, распускающиеся цветы. Это было так, как учила мама:

«Магия — это не только бремя, Мишель, это танец твоей души». Тогда я была беззаботной малышкой, не знающей, что за каждый такой танец придется платить кровью и одиночеством.

Я тяжело вздохнула, вспомнив, кем я стала и что скрываю. Моя печаль мгновенно передалась стихии: мирные фигуры рассыпались, и огромный столб воды яростно взметнулся вверх, отражая бурю в моей груди.

Когда последний отголосок магии затих.

Руки мелко дрожали. Я медленно,обняла себя за плечи, пытаясь унять внутренний озноб. Мокрая одежда липла к телу, напоминая о ледяных брызгах.

Нужно было возвращаться в дом. Я обернулась.

Но уйти я не успела. Из густых сумерек, ломая кустарник, на меня вынеслась огромная тень. Я замерла. Бурый, мощный волк, бежал прямо на меня. Его лапы глухо вбивались в землю, а из пасти вырывались клубы пара.

Я сглотнула, чувствуя, как страх перемешивается с безумной, отчаянной надеждой.

В нескольких шагах от меня волк начал меняться. И вот уже передо мной стоял он. Вальтер.

Он часто и тяжело дышал, его широкая грудь вздымалась. Но самое пугающее и притягательное было в его глазах. Он смотрел на меня так пристально, так властно, что у меня подкосились колени.

Удивительно, что творят эти чувства.

Его одежда была перепачкана землей и кровью, волосы растрепаны, а в кулаке он сжимал какой-то клочок бумаги, насквозь пропитанный багровым цветом. Но страшнее всего был его взгляд. В его глазах, которые смотрели на меня с нежностью, теперь полыхал пожар других чувств.

— Вальтер, сорвалось с моих губ шепотом.

Забыв о приличиях и собственной слабости, я бросилась к нему. Мои пальцы, судорожно заскользили по его плечам, груди, лицу. Я трогала его, хотела убедиться, что он в порядке.Радость, чистая и звонкая, переполняла меня, вытесняя недавний ужас.

— Ты здесь, ты вернулся, шептала я, прижимаясь к нему всем телом, ища привычного жара, который исходил от его кожи.

Но вместо обжигающего огня я почувствовала странный, колючий холод. Вальтер застыл. Его молчание не было мирным — оно давило, угнетало, оно звенело в ушах, как предвестник бури. Я отстранилась и вопросительно взглянула в его лицо, пытаясь поймать хоть искру прежней теплоты. Но его глаза были темными, как грозовое небо, и в них не было места для меня.