Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 66 – Виктория Богачева

Пожевав губы, она чопорно потянулась за чаем.

— Как он пропал? Я ничего не знаю... я уехала тогда, чтобы отговорить князя Хованского от дуэли...

Идиотка!

Боль и обида хлестнули изнутри, и я вновь подавилась собственным выдохом. Пришлось замолчать и переждать, пока разъедающий душу спазм схлынет.

Кира Кирилловна смотрела на меня слишком уж понимающе.

Но я себя сдерживала.

— В ту ночь сразу после бала и всех этих... событий, — она витиевато взмахнула ладонью, пытаясь подобрать подходящее слово, — Алексей уехал на службу. Такое происшествие как раз накануне визита Государя! Надеялся, верно, как-то все уладить. Ведь он был обязан доложить Государю о дуэли и о том, что в ней замешана ты.

— Я ни в чем не была замешена, — я мгновенно огрызнулась. — Граф Перовский хотел только одного: подставить князя. А проще всего до него было добраться через меня.

— Я знаю, Варвара, — мягко перебила меня Кира Кирилловна. — Я... возможно, мои суждения о твоей виновности были слишком поспешны. Я напрасно тебе их высказала.

Я вскинула брови.

Это она так мудрено извинилась?..

— Поезд Государя ждали к полудню, твой батюшка должен был прибыть на вокзал к одиннадцати ровно... Он никогда не опаздывал, ты же знаешь, поэтому уже в десять минут двенадцатого его хватились… — она замолчала и мелкими глотками отпила чай.

Нелегко было рассказывать о таких событиях. Я ее прекрасно понимала. У меня тоже к горлу подступала тошнота всякий раз, как я вспоминала ротмистра... Его блеклые, рыбьи глаза. Усмешки и ужимки. Смрадное дыхание на моем лице...

— В общем, пока суть да дело, прибыл Императорский поезд. Московский Генерал-губернатор встречать Государя не явился. Уже величайший скандал. А потом в кабинете нашли застреленным адъютанта* Алексея... Окно выбито, а его самого нигде нет, — из ее плотно сжатых губ все же вырвался гортанный стон, и Кира Кирилловна поспешно поднесла ко рту ладони.

— А Государь?.. — шепотом переспросила я, пытаясь осознать услышанное.

— Его Императорское Величество отказался уезжать, — вздохнула тетушка. — Пока не будет найден твой отец. Они же вместе воевали тогда… и Алексей всегда был обласкан Государем.

— Но это же опасно! Если эти люди — кем бы они ни были — смогли похитить генерал-губернатора, то от них можно ждать чего-угодно!

— Твой брат тоже пропал, — совсем иным голосом сказала Кира Кирилловна. — Никто его не видел после бала. Даже раньше. Он пропал еще до дуэли.

— Я знаю. Ротмистр считает, что мы с ним в сговоре.

— Petit homme méprisable! (маленький презренный человек)! — выругалась она с глубокой страстью и пылом. — Я дойду до графа Меренберг!

— Он надеялся стать высокородием, — припомнила я его карьерные потуги.

— Со свиным рылом в калашный ряд полез! — фыркнула тетушка, показав, что прекрасно ругается на обоих языках. — Для него чин коллежского регистратора* станет недостижимой мечтой, когда я закончу рассылать свои письма!

— Но не он подписал приказ арестовать меня, — тихим голосом произнесла я и поднесла к губам чашку.

Кира Кирилловна осеклась и посмотрела на меня искоса.

— Здесь был страшный переполох, — медленно начала она, тщательно обдумывая каждое слово. — Князь Хованский ведь доверенное лицо начальника третьего отделения в Москве. Его нигде нет, он на дуэли, и никто не знает ее исход. Граф Каховский — его секундант — также отсутствует. Твой отец пропал, Государь задает вопросы, конечно, он сильно гневался… Головы и чины не полетели пока только чудом, — и она перекрестилась.