Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 67 – Виктория Богачева

— Стало быть, Георгий Александрович ни в чем не виноват? — иронично спросила и с громким стуком вернула чашку на стол. — Он поступил подло.

— Но я не позволю поступить ему еще подлее. Не позволю расторгнуть вашу помолвку.

Я моргнула и посмотрела на Киру Кирилловну, которая неверно поняла мое замешательство.

— Варвара, твой отец пропал, и один только Бог знает, где он, что с ним. Твой брат... — она перекрестилась и махнула рукой. — Коли подозрения в отношении него оправдаются... его лишат титула, всех прав и сошлют в глухую тайгу, если не хуже, — вновь перекрестилась. — Если случится самое худшее, ты не сможешь наследовать своему отцу. Все вернется в казну. Земля, поместье, этот особняк. Все.

Ее слова резали словно по живому.

Если отец умрет, а Сержа осудят как государственного преступника, я окажусь на улице. Голая и босая — и выражение в моем случае было далеко не фигуральным.

— Он расторгнет помолвку, — сказала я с тихой убежденностью. — Зачем она ему теперь? Сообщницей брата я не являюсь, в заговоре не участвую, его дел никак не касаюсь. Надзор за мной не нужен, и в помолвке тоже смысла нет.

— Ты пыталась отговорить его от дуэли, — после долгого молчания заговорила Кира Кирилловна. — Это чего-то, да стоит.

— Думаю, нам стоит молиться о скорейшем возвращении отца домой. И ни на что больше не рассчитывать.

Удивительно, но у тетушки не нашлось слов, и она лишь кивнула, соглашаясь со мной.

И вроде бы еще о многом нам следовало поговорить, но я все еще чувствовала ужасную усталость и поэтому, сославшись на головную боль, поспешила ускользнуть из ее будуара в спальню.

Вот бы узнать, кто управлял всем имуществом Разумовских. Не мог же отец заниматься этим в одиночестве? Да и Кира Кирилловна могла ошибаться насчет того, что все владения отойдут в казну. Возможно ли, чтобы я осталась нищей? Должна же быть еще часть приданого покойной матери Варвары, которая обычно переходит дочерям после замужества?..

Выходило занятно. Прав у меня, княжны и дворянки, было почти столько же, сколько у Сони — служанки, бывшей крепостной.

Имущество наследовать я не могла, собой распоряжаться не могла, без разрешения отца не могла даже город покидать. Про получение образования и говорить не приходилось...

Я дошла до своей спальни и, отпустив Соню, устроилась в уютном, глубоком кресле с книгой, но мысли постоянно перескакивали с одно на другое, и чтение я в итоге отложила.

Получается, Серж и его дружок-граф подстроили дуэль, чтобы отправить Хованского как можно дальше от Москвы. Занять его в то утро, когда они замыслили похитить старшего князя Разумовского.

И им это удалось.

Наверняка Сержу, хорошо знакомого с привычками отца, было нетрудно просчитать, как тот поступит. Что отправится на службу засветло, чтобы попытаться утрясти ситуацию перед тем, как Император въедет в Первопрестольную.

Так и случилось.

Но что было потом? Как они заставили старшего князя Разумовского пойти с ними? Его адъютант был застрелен, но из рассказа Киры Кирилловны как будто бы следовало, что Алексей Кириллович сам никак не пострадал. Мог ли он пойти со своими похитителями добровольно?

Сильно сомневаюсь в этом. Даже нескольких дней рядом с ним мне хватило, чтобы понять: такое было не в его характере. Отец скорее себя бы застрелил, чем согласился на требования террористов и государственных преступников.