Книга Вторая жизнь профессора-попаданки, страница 51 – Виктория Богачева

На что мне было такое уважение — этот вопрос оставался открытым.

— Мадам Воронцова, сегодня я намерен присутствовать на вашей лекции, — сообщил князь Мещерин и поправил мундир.

Он не отводил взгляда от моего лица, буквально по крупицам выискивая малейшее проявление эмоций, малейшие бреши в защите.

— Как вам будет угодно, Ваша светлость, — кротко откликнулась я, невзирая на бурю в душе, что вызвали его слова.

Быть может, Зинаида не явится после вчерашнего разговора? Мне достаточно присутствия князя, не хотелось бы еще отвлекаться на юную революционерку.

— Тогда не будем же задерживаться, — в приказном порядке объявил князь и прошагал к двери.

Раскрыл ее и выразительно на меня посмотрел. Я позволила себе закатить глаза и молча последовала за ним. Аудитория почему-то оказалась закрыта, и девушки дожидались меня в коридоре. И не одни — на расстоянии от них, но все же достаточно близко сбились в небольшие группы юноши-студенты.

Я увидела, как Мещерин, приподняв бровь, несколько мгновений раздраженно всматривался в молодых людей, которые даже не говорили друг с другом!

— Хм, — князь шумно выдохнул, скользя взглядом по коридору. — И долго они так стоят?

Не дождавшись ответа, он двинулся вперед. Студенты, завидев его, поредели как по команде — четверо спешно отошли к противоположной стене, а остальные сделали вид, будто увлеченно листают книги.

— Никак не могу понять, зачем вы, мадам, позволяете этим барышням… — голос его прозвучал жестко, — …фактически разгуливать здесь, выставляя себя напоказ, да еще и перед молодыми людьми?

Я сбилась с шага, захлебнувшись возмущением. Но заставила ответить себя спокойно.

— Слушательницы моих курсов нигде не разгуливали, Ваша светлость. Они стояли перед аудиторией, которая почему-то оказалась заперта, в общем коридоре. Вот и все.

Мещерин надменно фыркнул.

— Да-а? А, по-моему, они попусту флиртуют, отвлекая порядочных молодых людей от учебы.

— Это не так, — коротко, сквозь зубы вытолкнула я, хотя внутри все кипело.

Я не могла поверить, что он говорил всерьез.

И все же это было действительно так.

— Доброе утро, дамы, — я заставила себя шагнуть вперед и уже собственным ключом открыла аудиторию. — Прошу, проходите, лекция скоро начнется.

Присутствие князя в форменном мундире заставляло девушек нервничать. Я видела, какими настороженными взглядами они обменивались друг с другом и как искоса посматривали на Мещерина, и понижали голос до шепота. О его репутации знали если не все, то многие. Неудивительно, что слушательницы были напряжены и скованы. Я испытывала то же самое — особенно после его жестоких, грубых слов, которые наверняка услышали некоторые девушки.

Я чувствовала тяжелый взгляд князя у себя за спиной. Он рядом с дверью в аудиторию, словно высматривая, не найдется ли ещё какой-нибудь повод для упреков.

— Вот и вся их «образованность», — услышала я его негромкий шепот, обращенный в пустоту. — Болтать да красоваться перед сверстниками, а уж если к ним проявляют интерес, то быть беде.

Я сделала вид, что не слышала, и практически вбежала в аудиторию. Тяжело шагая, князь вошел следом. Его тучная фигура, казалось, разом заняла все небольшое пространство. Я заметила, как девушки жались друг к другу и все дружно устроились поближе к стене и подальше от входа. Прежде они рассаживались более свободно, сегодня же сбились в стайку.