Книга Вторая жизнь профессора-попаданки, страница 143 – Виктория Богачева

Глупо, очень глупо! Вздыхать по человеку, который сперва клялся в любви, а затем переменялся на сто восемьдесят градусов и сбегал!

Все было бессмысленно с самого начала, в одном я соглашалась с Ростопчиным. Между нами встала моя ложь и одно на двоих недоверие. Я никогда не расскажу ему всей правды, а он был таким человеком, для которого та самая пресловутая честность была невероятно важна.

Лучше обрубить все на корню. Лучше и не начинать.

Впрочем, спасибо газетчикам и прочим «доброжелателем»: я была занята обелением своего имени и оставалось не так много времени на глупые переживания.

Я собиралась сосредоточиться на возобновлении занятий. Тем более слушательницы заваливали меня записками, каждый день я получала по несколько штук и все они заканчивались вопросом, когда же мы вернемся в аудиторию. Пусть даже темную, пыльную и неудобную.

Возможностей было немного, но Варваре, которая подключила всю свою «женскую рать» — как она ее называла — удалось добиться аудиенции Великого князя. Она должна была состояться через пару дней, и на нее возлагались пусть и сдержанные, но огромные надежды.

След от пули на плече заживал хорошо, и я не волновалась из-за грядущего выхода в свет. Варвара любезно одолжила одно из своих платьев, камеристка посадила его по фигуре: «вы так исхудали, Ольга Павловна, что ваша талия болтается и в корсете», — я заколола волосы, надела шляпку, и мы покинули особняк. Через задний вход, словно шпионы. И сразу же нырнули в заранее поданный экипаж. К счастью, обошлось без погони.

Я выглянула в окошко, когда мы свернули на улицу, что вела к особняку. На тротуаре по-прежнему топтались трое мужчин в помятой одежде. Они менялись каждое утро вот уже какие сутки.

— Кто-то же им платит... — пробормотала я вполголоса.

Варвара усмехнулась.

— Ничего нового.

Дальнейший план удался как по маслу. Должно же было нам в чем-то, наконец, повезти!

Как и собиралась, сперва я встретилась с Мишей. Получилось сумбурно и всего на несколько минут: еле уговорила строгого коменданта позвать мальчика в общий холл, ведь занятия в гимназии уже возобновились после каникул. Но даже этого времени мне хватило, чтобы убедиться, что с Мишей все в порядке. Я чувствовала за собой вину за то, что не похлопотала о нем и перепоручила заботам Ростопчина и даже начала оправдываться, но он меня остановил.

— Его превосходительство мне все объяснил. Что в вас стреляли, а я должен хорошо учиться и слушаться начальника гимназии, — сказал Миша, ни разу не запнувшись.

Все же плоды занятий давали о себе знать. Он и меня не называл больше ни барыней, ни барышней — только Ольгой Павловной.

— Я о вас переживал, — поведал под конец и робко качнулся в мою сторону, и я крепко его обняла, растрепав прическу.

— Все скоро наладится. Ты сможешь жить дома и только посещать занятия, — пообещала я ему в макушку и чуть не расплакалась, когда мальчишка стиснул меня в ответ.

Затем мы распрощались — Мишу торопили на занятия. Я же, постояв немного снаружи на ветру, чтобы обдул лицо и смахнул слезы, вернулась в экипаж, где меня поджидала Варвара. Она сочувственно вздохнула и молча протянула носовой платок.

И мы отправились в сквер. Прогулявшись немного, расстались, и я покинула его через противоположный выход. Неподалеку располагалось одно из новомодных кафе, в котором я и намеревалась встретиться с князем Барщевским. Как истинный джентльмен, он уже ожидал меня, хотя я и пришла чуть раньше оговорённого времени.