Книга Ева из преисподней, страница 68 – Амалия Мо

На первый взгляд он ничем не отличался от обычного человека, лишь огненные, необычные глаза выдавали его настоящую природу. Если бы не этот пронизывающий взгляд, никто бы и не догадался, что рядом со мной демон. Он шагал спокойно, с такой уверенностью, будто ему было безразлично, где находиться: в людском мире или в Преисподней.

Я, напротив, ощущала каждую улицу, каждый поворот. Всё здесь было до боли знакомо. Шаг за шагом мы приближались к цели, и вот уже перед нами ворота кладбища. Чугунная ограда мрачно возвышалась, охраняя молчаливые ряды могил. Говорят, время залечивает раны, но некоторые шрамы никогда не исчезают, оставаясь немым свидетельством того, что прошлое не отпускает, а лишь скрывается в тени, ожидая момента, чтобы снова напомнить о себе.

Демон молча шёл следом по узкой тропинке. Дорогу до каменных надгробий бабушки и дедушки я знала наизусть и могла пройти к ним даже с закрытыми глазами.

Каждое воскресенье я старалась приходить сюда, сидела часами на траве у камня и говорила. Сейчас я понимаю, что врала им и себе в первую очередь, делая вид, что у меня всё хорошо: в отношениях, на работе, в жизни.

Облетевшие с деревьев листья упали на каменную плиту, и я смахнула их руками.

— Это мои бабушка и дедушка. Они похоронены здесь, – пояснила я. – Они вся моя семья…

Кайнер присел рядом и, потянувшись к каменной плите, застыл. Его взгляд спрашивал разрешения прикоснуться, и я лишь кивнула, отчего-то ощутив ноющую боль в груди.

Итан был на кладбище только один раз, когда похоронили бабушку. На этом его поддержка закончилась. Он знал, что я часто бываю здесь, но предпочитал делать вид, что его это не касается.

А этот демон… Существо из Преисподней бережно положил руку на плиту, прикрыв веки. Мои глаза защипало от подкативших слёз, и я быстро отвернулась, не в силах смотреть на это.

— А твоя мать? Почему ты не общаешься с ней?

— Она бросила меня ребёнком, – тяжело вздохнув, ответила я.

Свежий ветер не помогал остудить пылающие щёки. При воспоминании о женщине, подарившей мне жизнь и также легко её отвергнувшей, стало не по себе. В детстве я ненавидела её, но, став взрослее, поняла, что она сделала правильный выбор. Родные любили меня, заботились, воспитывали. Кто знает, что бы меня ожидало, если бы я жила с матерью.

— У тебя ещё будет семья, не сомневайся. Ты встретишь достойного мужчину, вы нарожаете кучу детишек, и ты никогда в жизни не испытаешь вкус потери.

Слова Кайнера проникли, будто он нашёл те самые струны, которые я старательно прятала от себя и от всех вокруг. Они звучали, как мантра, как обещание, которое, несмотря на всю его неосуществимость, пробивалось глубоко внутрь, разрушая мои барьеры. Я всегда мечтала о семье – крепкой, надёжной, той, что будет поддерживать, несмотря ни на что. Возможно, это пошло от бабушки и дедушки. Их жизнь, их любовь всегда казались примером того, как должно быть. Они учили меня, что семья – это не просто кровь, это люди, которые всегда будут рядом, даже когда весь мир отвернётся. В детстве я верила, что это и для меня станет реальностью.

Может, где-то там, в будущем, действительно есть кто-то, кто сможет быть для меня тем самым человеком? Но воспоминания о прошлом быстро вернули меня на землю. Слишком много раз я позволяла верить, и каждый раз это заканчивалось болью и потерями.