Книга Ева из преисподней, страница 70 – Амалия Мо

— Но ведь можно найти другие способы… не такие жестокие, – медленно начала я, понимая, что законы иного мира чужды мне.

— Ты знаешь, среди правителей Преисподней нет слабаков, иначе это чревато потерей власти. Престол не передаётся по наследству, потому что наследников убивают раньше, чем они успевают ощутить магию. Один император, чтобы защитить своих детей от такой участи, убил их мать прямо у них на глазах. Магия пробудилась в детях, когда им не исполнилось и десяти..

— Боже мой, – поверить в услышанное было тяжело. Я не могла представить такой участи в реальности, всё звучало как сюжет фильма ужасов, а не реальная жизнь.

— Зато чем сильнее потрясение и чем их больше, тем выше вероятность овладеть магией и, может, даже не одной.

Перед глазами встали образы всех демонов, с которыми я успела подружиться. Все они пережили в прошлом нечто ужасное, что сделало их обладателями способностей.

— У кого из вас больше всего этих умений? – слова застряли в горле, словно ком, который невозможно проглотить.

Мне казалось, что вопрос весил тонну, и я не была уверена, что хочу услышать ответ. Мысль о том, что у демонов существует какой-то невидимый счётчик силы, способностей или боли, тяготила.

— Ты уверена, что хочешь знать ответ?

Дыхание сбилось, когда лицо оказалось так близко, что я могла ощутить тепло его кожи. Кайнер наклонился, чуть касаясь моего носа своим, и этот жест, одновременно нежный и напряжённый, словно ставил всё под сомнение. Мысли вихрем пронеслись в голове, и я осознала нечто страшное и неизбежное. Среди всех демонов, с которыми я столкнулась, именно он был сильнейшим.

В его присутствии всегда было нечто, что заставляло ощущать давление. Это не просто харизма или уверенность. Это было больше, глубже. Он скрывал силу, которую можно было почувствовать, даже не понимая её природы. Именно он был тем, чьи способности превосходили всё, что я могла себе представить.

— Ладно, – я неловко убрала руку из его хватки и потопталась на месте. – Спасибо, что… поделился.

— Я понимаю, что обошёлся с тобой жестоко, чтобы пробудить твою магию, но поверь, если бы этого не произошло, кто-то другой мог свершить это иначе, более радикально и действенно.

Вспомнилось, как он говорил про намерения Элисанты убить Итана, чтобы тот не мешался. Сделай они это на моих глазах, пробудилась бы в тот момент огненная сила? Хорошо, что всё сложилось иначе.

— Я больше никогда не притронусь к тебе без разрешения, – голос Кайнера звучал холодно и жёстко, как сталь. Его слова ударили с неожиданной силой, и я невольно вздрогнула.

Что-то в произнесённом кольнуло глубже, чем я ожидала. Услышанное должно было принести облегчение, но я вдруг ощутила неприятный холод, пробежавший по спине. Будто граница, которая раньше была невидимой, теперь нарисовалась яркой линией, и эта отчуждённость пугала. Я не могла понять, почему это так меня задело.

Кайнер не смотрел, словно не желая видеть, как его слова отразились на моём лице. А я чувствовала странную пустоту, что-то щёлкнуло внутри, и эта резкость стала барьером, который, как я поняла, мне не хотелось воздвигать.

Запись из дневника анонима:

«Есть ли у демонов настоящие эмоции, или они просто искусно копируют нас, людей? Я много раз наблюдал за ними, их мимикой, реакциями на разные ситуации. Сначала казалось, что они испытывают всё, что и мы: радость, грусть, гнев. Но чем дольше смотришь, тем больше видишь странные моменты. Как будто они осознанно выбирают, какую эмоцию показать, в зависимости от ситуации. Словно примеряют маски.