Книга Хозяйка скандального салона "Огонек", страница 20 – Марика Полански

— Твои извинения ничего не решат, - ван Дорт замолчал, и его молчание мне не понравилось. Так обычно замолкают прежде чем вынести неутешительный вердикт. Отец отошел от окна и посмотрел на меня прямо и хмуро, отчего в животе неприятно скрутился тугой узел тревоги. – Не хочешь быть женой герцога, значит, будешь зарабатывать на жизнь сама. Я дал тебе все, что полагается родителю давать своему ребенку. Теперь ты девочка взрослая, сама знаешь, как тебе лучше. Больше моя семья тебе ничего дать не может. Я распоряжусь, чтобы Минди помогла тебе собрать вещи. Сегодня переночуешь здесь. Но чтобы завтра в этом доме тебя не было.

— Ох, миледи, погорячились вы, - кудахтала Минди, аккуратно складывая платья в большой чемодан. – Ох, погорячились!

Я смотрела на пухлые руки служанки, которая ловко складывала мои вещи, и думала о том, что все могло обернуться гораздо более хуже. Например, что герцог-скуф мог внезапно изменить свое мнение и таки заявиться в дом к отцу. Тогда бы моего мнения точно никто бы не спросил. Просто поставили бы подписи на заявлении и все. А так… Я просто начну новую жизнь с чистого листа.

«Во всех смыслах этого слова», - подумала я, глядя на царящую суматоху с поразительным равнодушием. Весть о том, что лорд ван Дорт выгнал свою дочь, разлетелись моментально по дому и, подозреваю, за его пределы.

— Конечно, герцог не писанный красавец, - продолжала рассуждать Минди. Она подошла к туалетному столику и принялась складывать в расписную шкатулку заколки. – Но какое значение имеет внешность мужчины, когда он баснословно богат? Катались бы, как сыр в масле, ей-ей!

— Скорее в шоколаде, - выдохнула я и почесала кончик носа. – Хоть шоколадные обертывания и полезны для здоровья и красоты, но есть в них один минус, Минди. Это сам герцог.

Глаза слипались от недосыпа. Ночь прошла беспокойно. Я ворочалась с боку на бок, пытаясь привести в порядок мысли, которые разбегались, как тараканы по кухне общежития. Заснуть удалось только когда на востоке забрезжили первые робкие лучи еще не появившегося солнца. И то ненадолго. Часы на каминной полке в спальне не успели пробить и семи, как распахнулась дверь, и Минди раздражающе бодрым голосом принялась тормошить меня.

Через час, одевшись и умывшись, я спустилась к завтраку. Однако в столовой никого не было. Носатая давила подушку под одеялом, как и полагается высокородной особе. А отец… Отец не пожелал сидеть за одним столом со мной.

Хороша родительская любовь, ничего не скажешь. Гоняя вилкой остывший кусочек омлета по тарелке, я думала о том, как буду выживать в новом мире, не зная ни правил, ни обычаев, ни традиций. Нет, кое-что я, разумеется, успела разузнать за то время, что находилась здесь. К тому же, ван Дорт не отправлял меня на улицу. Он великодушно согласился сослать меня в старый дом настоящей матери Эвелины в Миствэйл. Так еще и взять с собой Минди и Карла, помощника конюха.

Но этого было невероятно мало для того, чтобы сойти за свою. Чем я стану заниматься, когда покину отчий дом? Помнится, ван Дорт обмолвился, что настоящая мать Эвелин занималась магией и лекарским делом. Возможно, стоит попробовать. Вот только как разбудить этот дар? Или он должен сам как-то проснуться?

— Знаете, леди Эвелин, - выдернула меня из размышлений служанка, - мужчину не красивые глаза красят, а характер. Мужик, у которого есть характер, есть деньги. А то нынче взяли молоденькие барышни рассуждать о том, что замуж надо выходить по любви. Пфф! Вот только куда эти все любови деваются, когда речь заходит о том, что кушать утром? Оно, конечно-то, красиво да складно все звучит в романчиках, кои продаются на каждом углу. Но что-то я не видела ни одной леди, которая вышла бы замуж за конюха и была от этого счастлива.