Книга Хозяйка скандального салона "Огонек", страница 19 – Марика Полански

— Прекрати кривляться! – взорвался отец. – Ты хоть понимаешь, чем грозит разрыв помолвки с таким человеком, как герцог Квобок?

Я вздохнула, покачала головой и искренне призналась, что нет.

Отец закатил глаза, прикрыл их рукой и тяжело опустился в кресло с видом человека, который внезапно осознал, что его единственная дочь окончательно тронулась умом. Какое-то время он молчал, а потом сдавленно проговорил, не отнимая руки от лица:

— Один только вопрос: почему?

— Что «почему»? – не поняла я и принялась с остервенением терзать край юбки. В голову лезли совершенно другие мысли. А потому его вопрос поставил меня в тупик.

— Почему ты так себя повела?

Я лишь молча развела руками. Наверное, будь на моем месте настоящая Эвелина, она бы точно не отказала бы герцогу. Все же и статус повыше, и счет в банке повнушительнее. И хотя я себя время от времени ловила на мысли, что я вжилась в тело несчастной девушки (ну не было у меня другого выхода), все же я не настоящая дочь ван Дорта.

— Молчишь?

— А что говорить? – я пожала плечами и уставилась на стеклянный шар, крутящийся на квадратной подставке. - Этот Квобок мерзкий и противный человек. К тому же, не уважает ни тебя, отец, ни нашу семью. Не вижу смысла связывать себя узами брака с таким.

— Знаешь, Эвелин, заговори ты раньше, я был бы безмерно рад, - перевел тему ван Дорт. Он убрал руку от лица и теперь безэмоционально рассматривал невидимую пылинку на столе. – Но сейчас… Скажи, почему мне кажется, что ты как будто не моя дочь?

«Наверное, потому что я действительно не твоя дочь», - подумалось мне, но вслух я произнесла другое:

— Возможно потому, что пошла против твоей воли?

Поджав губы, отец медленно кивнул. Но не столько соглашаясь с моим предположением, сколько своим мыслям, которые одолевали его.

На улице стремительно темнело. И вскоре на шторе появились бледные размазанные круги от фонарей, которые зажег кто-то из слуг. Дверь бесшумно распахнулась, и в кабинет проскользнула долговязая фигура дворецкого. Он с каменным лицом зажег несколько светильников. Потом бросил на меня хмурый взгляд и исчез за дверью, словно призрак, просочившийся сквозь стену.

— Андре Квобок – мой деловой партнер, от которого во многом зависят дела на моем предприятии, - едва слышно сказал ван Дорт. – И твоими усилиями сейчас над нашим с ним сотрудничеством нависла угроза. Если он разорвет контракты, которые мы планировали подписать, то моим фабрикам придет конец.

Так вот оно что! Нечто подобное и стоило ожидать. Иначе зачем такой молодой и привлекательной особе, как Эвелин, соглашаться на брак с герцогом. Договорной брак, кажется это так называется.

— Он не станет разрывать контракты, - я покачала головой. – Дойную корову никто не режет.

Дернув головой, отец цокнул, как будто услышал небывалую нелепицу и поднялся с места. Подойдя к окну, он отодвинул штору и выглянул в сад, будто там мог найти ответ на мучающие его вопросы.

— У Квобока таких дойных коров – три фермы и маленькое стойло, - наконец произнес он. – Так что одной больше, одной меньше, - он и не заметит особой разницы в снижении прибыли. А вот для нашей семьи твоя выходка может обернуться катастрофой.

— Извиняться я за это не буду, - уперлась я, чувствуя, как на руках приподнимаются волоски от напряжения.