Книга Хозяйка скандального салона "Огонек", страница 17 – Марика Полански

Рука ван Дорта дернулась, словно он собирался шлепнуть себя по лицу, но в последний момент удержался. Сам же отец сохранил каменное выражение лица, но за этой маской бушевали такие эмоции, что при желании можно было бы дом ими взорвать.

— Милая, - негромко сказал он таким тоном, которым непослушного ребенка взывают к порядку. – Так нельзя. Вопрос о твоем замужестве был решен несколько месяцев назад. И тогда ты была согласна. Нельзя взять и в последний момент все отменить.

Ледяные нотки чуть притушили полыхающий гнев, вернули меня к реальности. Надо было найти что-то весомое, чтобы объяснить свой поступок. Без объяснения отказ не примут.

— Можно. Еще как можно, - медленно выдохнув, я оправила складки на юбке и прямо посмотрела ван Дорту в лицо. – Может я и была согласна раньше. Но не сейчас. Я не стану женой человека, который настолько не уважает нашу семью, что отвергает элементарные правила приличия.

— ЧТО?! – взвился побагровевший Квобок. Герцог выпал из ступора и теперь брызгал возмущением и слюнями во все стороны. – Это возмутительно!

— Возмутительно то, что, отправляясь заключать помолвку, вы даже не удосужились принять нашего гостеприимства, ваша светлость, - парировала я и смерила разгневанного герцога холодным взглядом. – «Я тороплюсь ко двору его величества. Поэтому давайте по-быстренькому подпишем документы, и я поехал». Что это за отношение к семье, с которой вы собираетесь породниться, я вас спрашиваю? Это что? Проявление уважения по-вашему? Нет! Так даже мещане не ведут себя. Вы слишком напыщены и избалованы, вот что. Привыкли, что все преклоняются перед вашим статусом. Видимо, вас никто никогда не щелкал по носу за хамство, ваша светлость.

— Эвелина, остановись! – прогремел ван Дорт. Он побелел, как полотно, глаза превратились в черные агаты, пылающие от ярости. – Ты переходишь всякие границы!

— Ну уж нет! Породниться с человеком, который откровенно плюет на правила этикета? Да как на меня после этого в обществе смотреть будут? Как на нашу семью будут? Знаете? А я знаю. Как на людей, которые из-за страха или нужды готовы терпеть унижения. Вы готовы к этому? Я – нет. Но если вам не терпится объединить две семьи, то выдайте за герцога Клотильду. Они отлично подходят друг другу.

Мачеха громко втянула воздух ртом и закатила глаза, собираясь упасть в обморок. Но почему-то не упала. Видимо, хотелось досмотреть представление до конца, чтобы потом во всех подробностях перемывать со своими кумушками мои кости.

Квобок же пыхтел, как самовар, и пытался подобрать хоть какие-то слова. Он тряс вторым подбородком, пальцы стиснули папку, на которой лежало заявление о помолвке, но не мог придумать ничего более связного, кроме фразы «Это скандал!»

— Мы искренне сожалеем о том, что вынуждены пренебречь правилами приличия, - голос Рэйвена прозвучал спокойно. Он стоял возле камина и молча наблюдал за происходящим. В синих глазах проплыла едва уловимая тень, когда он посмотрел на меня. – Но король требовал незамедлительного появления при дворе. Насколько дела его величества могут задержать нас, неизвестно. Потому и приходиться торопиться. Если вы готовы подождать нашего возвращения, то мы непременно перезаключим помолвку по всем правилам. И никто, - он бросил суровый взгляд на Квобока, который растерянно смотрел на заявление, - повторюсь, НИКТО не узнает о сегодняшнем скандале. Вы согласны?