Книга Хозяйка скандального салона "Огонек" 3, страница 53 – Марика Полански

— Вы знаете, кто я? — Я напряжённо вцепилась в ридикюль. Если модистка начнёт припоминать мои огрехи, я просто ретируюсь отсюда и всё. Для нотаций о добропорядочном поведении у меня есть Рэйвен.

— Разумеется! Я знаю всех ведьм в этом городе и трёх соседних, — Мадам Флорента подошла ко мне и окинула взглядом с профессиональным интересом. — Талия — девяносто, бёдра — сто пятнадцать, грудь — сто десять... Маловато ешь, милочка.

— Я...

— Рост сто семьдесят пять. Осанка прямая. Аура — потрёпанная, но яркая. — Она вытащила мундштук изо рта и стряхнула пепел пол. Однако он, не долетев до ковра, растворился в воздухе. — После чёрной меланхолии, верно?

— Вы прекрасно разбираетесь в людях, — вежливо улыбнулась я.

— Призвание обязывает. — Она плавно разве руки в стороны и насмешливо поклонилась. — Я — Флорента Файн, ведьма нити и иглы в третьем поколении. Если не считать мою прапрабабушку, которая была немного сумасшедшей, но шила, как богиня Нияна.

— Эвелин Миррен, — ответила ей тем же шутливым поклоном. — Ведьма желаний. В каком поколении, правда, не знаю — память отшибло после болезни. Но, поговаривают, что моя мать лечила людей, как посланница богов.

Флорента фыркнула и расхохоталась. Словно вторя ей, по комнате разнеслось шелестение тканей и скрип швейной машинки.

— А вам палец в рот не клади, госпожа Миррен. Чувство юмора — единственная вещь, за которую сто́ит держаться в этом мире, чтобы окончательно не свихнуться, — сказала она, отсмеявшись, и щёлкнула пальцами. С полки слетел измерительный сантиметр, который обвился вокруг моей талии. — Итак, только одно мероприятие могло заставить ведьму, ведущую уединённый образ жизни, выбраться к модистке. Благотворительный бал, верно?

— Именно, — согласилась я, наблюдая, как записная книжка и перо прыгают по воздуху вокруг меня, пока сантиметр снимал нужные метки. — Мне нужно такое платье...

— Которое не заставит этих благочестивых трусов жаться по углам или презрительно фыркать, — закончила за меня модистка. — Но сдержанная серость вам не подойдёт. Нужно что-то яркое, фактурное... Что-то, что по-настоящему раскроет ваш характер. А блёклость оставьте серым мышам, которые боятся слово поперёк сказать.

Она задумчиво подошла к рулону и провела ладонью по тканям.

Я терпеливо ждала, разглядывая ателье. На полке у окна стояли флакончики с разноцветными жидкостями. Рядом лежал потрёпанный фолиант и букет сушенных трав, которые явно не продавались на рынке.

— Серебро, бордо и чёрный... — Она снова щёлкнула пальцами, но уже на обеих руках и повернулась ко мне с хитрой улыбкой. — И от вас невозможно будет отвести взгляд.

— Главное, чтобы мне не пришлось потом прятаться от ненужного внимания некоторых личностей, — с сомнением в голосе пробормотала я, вспомнив президентшу Теплтон, — готовых линчевать только за то, что я ведьма.

Уж что-что, а это дама точно не упустит показаться на балу и сверкнуть своей притянутой за уши добропорядочностью.

— Ха! — Мадам Флорента потянула на себя рулон с серебристой тканью. Тот дрогнул, взмыл в воздух и, проплыв пару метров, упал на стол для выкроек. — Аристократы обожают прикидываться слепыми. Особенно когда им это выгодно. А у вас определённо есть что предложить им.

Бал длился уже около получаса, когда я тяжело поднялась по ступеням парадной лестницы резиденции градоначальника ауф Гросса. Поднимаясь по мраморным ступеням, я то и дело ловила себя на мысли, что упустила одну маленькую деталь. А именно, что буду нервничать, как школьница, которую вызвали к доске при всём классе. Вот только вместо школьницы — я, а вместо класса — высшее общество Миствэйла.