Книга Между звезд и руин, страница 49 – Тая Север

— Вот, с этим будет немного проще, — тихо произнесла она.

— Что это? — смотря на бутылёк, спросила я.

— Жидкое мыло, это единственное, что у меня было с собой в сумочке, — смущённо ответила Ульяна.

— Кто вообще носит с собой жидкое мыло? — улыбнувшись, спросила я, но бутылёк приняла.

— У меня мизофобия, — тихо пояснила Ульяна, опуская глаза. Её руки слегка дрожали.

Я снова почувствовала себя невежей, осознавая, что мои слова могли задеть её.

— Прости, я просто пошутила. Спасибо большое, это действительно очень поможет, — произнесла я, стараясь звучать искренне и тепло.

Ульяна взяла стул и подвинула его поближе ко мне, словно наша беседа начала её успокаивать. Её движения были плавными и осторожными, как будто она боялась нарушить хрупкое доверие.

— Сколько тебе лет? — спросила я, потому что без своей обычной стервозности она казалась совсем юной и беззащитной.

— Семнадцать, — ответила Ульяна, глядя мне в глаза, — а тебе?

В её голосе звучала искренняя заинтересованность, и я вдруг поняла, что за всей её внешней холодностью скрывается обычная девочка, пытающаяся справиться с ужасами происходящего мира. В этот момент между нами словно протянулась невидимая нить понимания, и я почувствовала, что возможно, мы сможем найти общий язык, несмотря на все различия.

— В сентябре двадцать один будет, — продолжая намывать посуду, ответила я, удивлённая участию в общении.

— Артём попросил поделиться с тобой одеждой. Ты хоть и старше, но комплекция у нас одинаковая. У меня комната под номером двенадцать, как надумаешь, зайди ко мне, — закончив Ульяна, быстро поднялась со стула и покинула помещение. Её шаги эхом отдавались в тишине кухни, словно подчёркивая внезапную перемену в её поведении.

Я осталась наедине со своими мыслями, продолжая мыть тарелки. В её словах и действиях чувствовалась странная смесь заботы и отстранённости, словно она пыталась быть доброй, но всё ещё боялась открыться полностью. "Интересно, что скрывается за этой броней?" — подумала я, вытирая последнюю тарелку.

Её предложение о помощи и одежде говорило о том, что, возможно, между нами действительно может возникнуть что-то похожее на дружбу. Но пока это было лишь начало пути к взаимопониманию в этом новом, полном неопределённости мире.

Когда я закончила, у меня осталось одно ведро с чистой водой. И я решила посвятить время себе, ведь Артём решил отложить на завтра все важные разговоры.

На кухне я нашла какие-то тряпки и старый алюминиевый таз — слава богу, они были не такими уж и грязными. Также захватила бутылёк с жидким мылом. Я использую всего несколько капель, ничего страшного. Вскипятив воду в кастрюле, я направилась с горячей водой в свою комнату.

Закрыв за собой дверь комнаты, в которой я сегодня проснулась, я подпёрла её стулом, дабы избежать неожиданных визитов. Сняла с себя одежду и начала обтирать себя горячей водой. Ссадины и царапины нещадно жгло, но я терпела — ведь ходить грязной было намного хуже.

Часто прислушиваясь к тишине за дверью, я боялась, что кто-нибудь решит меня проведать. Например, Артём. Каждый шорох заставлял моё сердце биться чаще, а дыхание замирать. В этих условиях простая процедура умывания превращалась в рискованное мероприятие, но я была полна решимости привести себя в порядок, несмотря на все трудности и страхи.