Книга Между звезд и руин, страница 38 – Тая Север

Я сидела в своём укрытии, превратившись в сгусток нервов и страха, но одновременно — в сгусток решимости выжить, несмотря ни на что.

В этот момент я совершенно по-другому посмотрела на остатки пресной каши, которая всё ещё теплилась у меня в желудке. Теперь она казалась мне настоящим сокровищем, единственной гарантией выживания в этой неопределённости.

Внезапно грохот усилился до невыносимого уровня. Земля содрогалась от взрывов, стены здания дрожали, как листы бумаги на ветру. Сквозь крошечное окно я слышала, как улицы вдали наполняются хаосом и паникой. Крики и вопли сливались в единый оглушительный вой.

Каждый новый взрыв отзывался эхом в моей груди, заставляя сердце биться чаще. Воздух наполнился дымом и гарью, сквозь решётку проникали запахи горящих зданий и пороха. Где-то вдалеке выли сирены скорой помощи и пожарных, но их звуки тонули в общем гуле сражения.

Я вжалась в угол ещё сильнее, закрыв уши руками. Моё маленькое убежище казалось единственным островком безопасности в этом море хаоса и разрушения. Сквозь шум и грохот я пыталась уловить какие-то признаки того, что всё это когда-нибудь закончится, но вокруг продолжала бушевать настоящая война.

Неожиданно я осознала, что моя судьба теперь полностью зависит от того, что происходит снаружи. И хотя я была заперта в этой камере, я знала, что должна выжить, несмотря ни на что.

Здание содрогнулось от мощного удара. Я подбежала к окну и вцепилась в решётку, подтянулась и выглянула наружу. То, что я увидела, заставило мое сердце пропустить удар: половина здания превратилась в дымящиеся руины. Если бы снаряд упал чуть правее — меня бы уже не было в живых.

— О боже... — в ужасе прошептала я.

Тошнота подступила к горлу, а в голове пульсировала только одна мысль — выжить. В безумном страхе я начала колотить в дверь, крича и зовя на помощь. Но ответом мне была только какофония войны — разрывы снарядов, треск автоматных очередей, крики раненых.

Взрывы не прекращались ни днём, ни ночью. Уже около двух дней я находилась в этом аду, и каждый новый удар сотрясал здание до самого основания. Стены дрожали, пыль сыпалась с потолка, а решётки на окне зловеще скрипели.

Я сидела в углу, обхватив колени руками, и пыталась укрыться от бесконечного грохота. Бомбёжка была такой интенсивной, что казалось, будто весь мир превратился в один большой взрыв. Земля тряслась под ногами, а воздух был наполнен дымом.

Днём было немного легче — хотя бы можно было разглядеть, что происходит снаружи. Но ночью, когда темнота поглощала всё вокруг, а только вспышки разрывов освещали небо, страх становился почти невыносимым. Я прижималась к стене, закрывала уши руками, но всё равно слышала этот адский грохот.

Два дня без сна, без еды, без воды. Мой организм истощался с каждой минутой, но я продолжала держаться.

К вечеру второго дня я уже с трудом различала реальность и галлюцинации. Мне казалось, что взрывы становятся всё ближе, что следующий удар обязательно станет последним. Но даже в этом полубессознательном состоянии я продолжала бороться, продолжая верить, что этот кошмар когда-нибудь закончится.

Время тянется мучительно медленно. Я считаю каждый вздох, каждое биение сердца. Пытаюсь занять себя чем угодно — изучаю каждую трещину на стене, считаю плитки на полу, пытаюсь вспомнить стихи. Но мысли постоянно возвращаются к одному — когда это закончится?