Книга Хроники заблудившегося трамвая, страница 3 – Маша Старолесская

* * *

Нюсик появилась как всегда внезапно, большая, шумная, в облаке рюш и пышных юбок, и в комнатке у Ри сразу стало тесно.

— Смотрю, тебе жить надоело! — сказала она, плюхаясь на табурет. — Дверь не заперта, и замку ты даже полслова не шепнула.

— Не шепнула, — ответила Ри, закрывая тетрадку. Работать в присутствии Нюсик всё равно было невозможно. — Я опять с родителями разговаривала. Сама понимаешь.

— Понимаю. А дверь всё равно запирай. Слышала, что с Манон случилось?

— Нет, а что там? — Ри налила питьевую воду из большой бутыли в чайник и щёлкнула кнопкой.

— Ограбили. Полквартиры вынесли. А ей самой бошку проломили.

— Пипец! И чо, как она?

— Ну так… Жива, приходила ко мне, я ей кровь заговорила и в больницу отвела. Больше пока никаких новостей.

— Ты какой чай будешь? У меня ромашка есть, — тут Ри вспомнила мерзкий привкус зверобоя во рту, — зверобой, немного чабреца осталось.

— Ромашку давай. Я к тебе чего пришла-то… Васильчиковы сегодня утром уехали…

Засвистел чайник. Ри насыпала в заварочник ложку сухой ромашки, залила кипятком и оставила настаиваться. В груде хлама на столе нашла вторую чашку, кажется, чистую, поставила её перед гостьей.

— Уехали, значит…

— Да. Сказали, надоело под Дамокловым мечом жить. У них же там туман уже в двух кварталах плещется. Ну и они решили больше не тянуть.

Ри замерла перед старым буфетом, как полезла за остатками рафинада, так и замерла.

— Прям реально так близко?

— А то! Ты ж в центре живёшь, на нашу окраину и внимания не обращаешь. А у нас там жопа…

— Жопа… Но ты ж сюда не за этим пришла?

— Исессена. Васильчиковы мне ключи оставили. Сказали, можно забрать всё, что найду полезного. Пойдёшь со мной?

Ри наконец ожила, достала жестянку с рафинадом и выставила на стол и её.

— Даже и не знаю. Вот так вот, как стервятники…

— Так и знала, сейчас начнутся эти твои интеллигентские метания! — Нюсик картинно хлопнула себя по лбу. — Хочу ли я, могу ли я, говно ли я, магнолия…

— Ну неудобно же…

— Неудобно спать на потолке. Если мы сейчас туда не придём, туда прилетят настоящие стервятники. А дня через два всё накроет туманом, и будет вообще пофиг, кто тут и чего думал.

— Хорошо, даваай. Только сначала — чай.

* * *

Дому Васильчиковых, деревянному, с резными наличниками, крашеному в зелёный вагонной краской, было лет сто, не меньше. Он казался настолько крепким, что, наверно, простоял бы ещё столько же, но Ри, глядя на него, понимала, что счёт идёт даже не на дни, а на часы.

Слева от Васильчиковых смотрела в небо почерневшая печная труба. Обгоревшие стены рухнули под собственной тяжестью, по траве разлетелись осколки стёкол.

Ри совершенно неожиданно для себя присела перед развалинами на корточки и позвала:

— Кис-кис-кис!

Через мгновение по невидимым ступеням в том месте, где когда-то было крыльцо, спустился призрачный кот, большой и косматый. Едва лапы его коснулись земли, во все стороны брызнули серебристые искры.

— Ко-о-о-тик! Хороший мой! — Ри протянула руку, и кот ткнулся в неё лбом. Ладонь на несколько секунд онемела, но Ри даже не обратила на это внимание.

— Эй, мы вообще зачем сюда пришли? — крикнула Нюсик. Она уже стояла у Васильчиковых на крыльце и выставляла следящее заклинание.

— А вы кто такие будете? — раздался справа скрипучий голосок. Нюсик и Ри одновременно вздрогнули и обернулись на звук. На скамейке перед покосившимся домишком сидела старуха в коричневом пальто и платке.