Книга Прекрасной юности момент, страница 18 – Эва Эльс

Я сидел в одиночной палате, на стене висел телевизор по которому крутили какую-то телепередачу, что выносила мозг. Ко мне зашла женщина, афроамериканка с миловидной улыбкой.

— Привет, ты ведь Александр, верно?

Я киваю и понимаю, что она пришла не просто поболтать.

— Меня зовут Лорейн, можешь просто звать Лорой, хорошо?

Вновь слабо киваю и протягиваю руку и пожимаю её.

— Я из социальной защиты, пока что ты будешь под моим крылом и под наблюдением, пока тебя не заберут.

— Кто?

Видимо она была озадачена этим вопросом не меньше моего, ведь её глаза расширились, как только я спросил.

— Твой дядя, двоюродный брат твоего отца — Кристофер Фостер.

Я понятия не имел, кто это, впервые слышал это имя, тем не менее, единственное, на что я надеялся, что этот человек не был копией Даниэля.

— Он обещал заехать вечером, вы поговорите и там посмотрим, хорошо?

Как она и говорила, он приехал вечером, один. Лора с ним о чём-то поговорила и отправила ко мне. Выглядел он лет на тридцать: каштановые волосы, короткая щетина и полуофициальный стиль одежды, что позволял ему и вовсе сойти за студента. Кристофер бегал взглядом по палате и будто нарочно пытался не обращать на меня какого-либо внимания, но после это неуверенная пауза прошла и он подошёл ближе, осматривая меня и меняясь во взгляде.

— Думаю меня уже представили, но если нет, то я — Кристофер, просто Крис.

— Александр, просто Алекс.

Крис слабо улыбнулся и присел рядом.

— Я понимаю, что тебе сейчас не легко и ты вообще не знал о моём существовании, но я хочу помочь тебе. Мы постараемся дать тебе всё, что нужно, на этот счёт можешь не переживать.

— Мы?

— Я, мой отец — твой двоюродный дедушка. Мы с моей невестой живём отдельно, но он часто бывает у нас.

У него была дружная семья, судя по словам. Это всё, что волновало меня в тот момент, я не выражал особых эмоций и, наверное, Криса это сильно настораживало.

— Ты можешь подумать, никто не будет тебя заставлять. Если ты против, то я пойму твою позицию.

Наверное, он понял, что тогда я на него посмотрел, как на идиота. У меня не было никаких других вариантов и путей. Я упёрся в тупик, не зная идти обратно или ждать помощи, оставшись на месте. Одна мысль промелькнула в голове, помогая принять решение за меня.

— Мы можем забрать моего пса?

— Пса?

— Да, он сейчас у друга семьи. — в моменте мне показалось, что его посетило сомнение, но он одарил меня доброй улыбкой, что дала мне надежду.

— Мы заедем за ним и отправимся домой, хорошо?

В голове вновь забегали новые вариации событий, но пути назад уже не было. Я уходил от туда, зная, что больше никогда не вернусь в родной дом и сменю фамилию при первой же возможности.

***

Бекки уснула на том же месте и мне пришлось переместить её, а задача была не из лёгких, ведь перетаскивать людей через окно — такое себе удовольствие. Она продолжала сопеть, свернувшись как кот на диване и видимо у неё был не ранний подъём, а просто бессонная ночь. Время было около восьми и кто-то уже выходил на пробежку, кто-то гулял с собаками, а я заваривал очередную порцию кофе и бесшумно передвигался по квартире, вместо таких прогулок, потому что будить Пряника было бесполезной затеей, он бы и с места не сдвинулся в такую рань.

Было странное ощущение — сбегаешь от настоящего и натыкаешься на прошлое. Я конечно знал, что она в Сан-Франциско, но даже не думал умудриться попасть в одну школу и один и тот же класс, да и видимо жила она не так далеко от меня.