Книга Проклятие Синей Розы, страница 63 – Мария Ерова

Слишком реальные, наполненные жизненной силой ощущения, до сих пор наполняли его конечности одновременным осознанием силы и приятной усталости.

Свобода. Солнце. Бег. И ветер.

Насколько разительным было это чувство со всеми теми, что он испытывал прежде.

И всё же он понимал, что чувство это принадлежит не ему.

Марисоль не было в доме, и не удивительно – судя по яркому солнцу, залившему комнату сквозь раскрытое окно, дело шло к полудню. Зато на столе стояла какая-то мешанина – вроде бы каша, и неизменный травяной чай.

Есть хотелось невообразимо как. Несмотря ни на стресс, ни на душевные терзания, мучающие Хейда все эти дни, он чувствовал, что быка бы сейчас съел, а то и двух, не то, что эту безвкусную размазню на глиняной тарелке.

С ней он расправился в два счёта, но чувство голода не прошло. Парень хотел мяса, а рука, та, что была покрыта узорчатым родимым пятном, вновь дико зачесалась, и Хейден не знал, что сейчас раздражает его больше.

Однако очередная странность заставила его поднять свой зад и, прихватив с собой большой хозяйственный нож, направиться в лес.

Он и сам пока не знал зачем.

* * *

Марисоль вышла из-за ближайших деревьев, неся плетёную корзинку, полную различных трав, собирать которые следовало в это время года. Волосы подвязаны косынкой из грубой ткани, по лицу струился пот, жарко, но что поделать? Даже собственные переживания не освобождали её от основной работы – сбора трав, которые вот уже много лет, никому кроме неё не были нужны. Но теперь у неё появился Хейден – мужчина, предназначенный ей в мужья. «Невозможный Хейден» - как звала она его про себя.

Жёлтый рапс щекотал открытые участки ног, пока она приближалась к дому, но знахарка совсем не обращала на это внимания. Её взгляд ещё издалека обеспокоенно изучал ничем не прикрытую спину будущего мужа, и разведённый костёр перед парнем, от которого разносился запах жареного мяса, вызывал определённую долю обеспокоенности.

Он что-то держал в руках – что именно, Марисоль не видела, а характерные покачивания головой свидетельствовали о том, что парень ест.

— Хейден?

Он сразу же, почти молниеносно, обернулся на голос знахарки, и Марисоль брезгливо сморщилась: губы парня были измазаны кровью, что стекала на подбородок. А в руках он держал освежёванную тушку какого-то животного, от которой, вероятно, и откусывал жёсткие куски свежего мяса.

— Что ты творишь?

— Я хочу есть! – злобно рыкнул он, возвращаясь к своему занятию.

Он с таким аппетитом вонзил зубы в сырое мясо, что Марисоль передёрнуло.

Она бегло изучила обстановку: Хейден, вероятно, сначала пытался поджарить освежёванного зайца на огне (судя по шкурке, валяющейся у ног, это был именно заяц), но сильный голод заставил его прервать этот процесс. И съесть мясо почти сырым.

— Началось. – озадаченно произнесла девушка, подходя ближе, чтобы заглянуть прямо в глаза будущего мужа.

Они были красноватыми и блестели неестественным беском.

Кроме того, в них скользнула живая, звериная агрессия – не на девушку, ей он ни при каких условиях не мог навредить, общая связь её защищала. Но весь остальной мир должен теперь быть на стороже.

Она быстро прошла в дом, а через некоторое время вынесла в простой глиняной чашке парящий отвар каких-то трав. Поднесла его Хейдену.