Книга Злобный рыцарь, страница 216 – Мария Барышева

— Я ж говорил... Красиво, а?

— Ага, — подтвердил Денисов. — Невероятно! Это... сон?

— Да. Первое время я мог наблюдать за ним часами, — Георгий протянул руку и осторожно провел ладонью над сиянием. — Видишь, как движутся эти искры? Пока они медленные — значит, там не происходит никаких значительных событий — возможно, ей снится, что она беседует с кем-то или сидит где-нибудь за столиком или на берегу моря... Когда движение искр ускоряется, то, вероятней всего, она идет, или бежит, или едет на чем-то, или разговаривает о чем-то серьезном... Разумеется, это только предположения, основанные на долгих годах наблюдений. Золотистый цвет, спокойная округлая форма — это стандартный, обычный сон. Ей снится что-то нейтральное. Ни хорошее, ни плохое. Что-то обыденное. Там для нее, во всяком случае, — Георгий усмехнулся. — Скажем так, если даже сейчас она видит двухголовых людей или летающие поезда, это ее ни удивляет, ни пугает. Так что тебе беспокоиться пока не о чем. Можешь дотронуться... Ты ведь сейчас не злишься на нее?

— Нет, — Костя приподнял руку и задумчиво пошевелил пальцами. — Совсем нет.

— Любопытство или желание успокоить — снам не помеха, а вот злость на спящего может нарушить спокойный сон и усилить кошмар. Ну, давай. Не бойся, это просто сон, он тебя не укусит.

Денисов с подозрением посмотрел на невозмутимое лицо наставника, потом осторожно коснулся сияния кончиками пальцев, готовый отдернуть руку в любую секунду. Ничего, только странное чувство — забавное, но не неприятное. Он положил ладонь на золотистый кокон и медленно повел ее справа налево, и по мерцающей поверхности, отставая на несколько миллиметров, следом потянулся отпечаток его ладони, сотканный золотистыми искрами. Костя поднял руку, и отпечаток растаял с волшебной медлительностью, как след на запотевающем стекле.

— Она это чувствует?

— Возможно. Но мы не оказываем значительного влияния на сны, — Георгий занял полулежачее положение. — Можем немного сгладить плохой сон. Или просто разбудить флинта...

— А если я буду говорить с ней, она услышит меня там?

— Они и бодрствуя редко нас слышат, — Георгий покачал головой. — Возможно она почувствует твою эмоцию, но слова...

— Но я могу ей присниться?

— Можешь — она ведь встречалась с тобой. Подсознание — забавная штука. Но ты не приснишься ей в качестве хранителя.

— Ты точно это знаешь? — не отставал Костя.

— Никто точно ничего не знает о снах.

— Но что там?

— Где?

— Там, — Костя снова положил ладонь на золотистое сияние. — Этот свет, искры... ничего не понятно. Что там происходит на самом деле?!

— Об этом знает только она, — удивился Георгий. — Это ведь ее сон.

— А я вижу его только снаружи... А как увидеть изнутри?!

— Да никак, — наставник усмехнулся. — Ты можешь видеть только отсвет сна. Для тебя это как солнечный луч. Что ты увидишь, если заглянешь в солнечный луч?

— Неуместная аллегория, — буркнул Костя, осторожно водя ладонью туда-сюда и наблюдая за золотистыми переливающимися следами. — Он реагирует на прикосновение. Это не просто свет. Это поверхность чего-то... И значит под ней что-то должно быть.

— Ничего там нет, кроме твоего флинта, — Георгий начал сердиться. — Это просто сон. Иллюзия. Фантазия. Воспоминания. Мы видим только отсвет. Тень. Эхо.