Книга Последствия больших разговоров, страница 13 – Мария Барышева

Но Скульптор, видимо относившийся к той же категории людей, что и Олег Георгиевич, лишь молча взял ее за запястье и повел к крыльцу. Следом двинулись остальные, в том числе и Сева, который, несмотря на бодрящее действие, произведенное лицезрением обозленного птицееда, снова начал засыпать на ходу.

На этот раз не было ни ужаса, ни жесточайшей скуки, но ощущения все равно были неприятными. Так, верно, чувствует себя человек, которому демонстрируют стаю заходящихся в лае здоровенных доберманов, отделенных от него одной лишь вольерной сеткой, и говорят: "А вот тут у нас собачки". В одну секунду Эша даже уперлась, жалобно поглядывая на массивные мраморные львиные морды, которые выглядели столь же равнодушно, сколь и угрожающе, но Скульптор просто одним рывком подтянул ее вплотную и, прижав свою ладонь к тыльной стороне ее ладони, провел шталевской рукой сперва по мраморным завиткам гривы одного льва, а затем другого. После чего, не говоря ни слова, отпустил Эшу и, не оглядываясь легко взбежал по ступенькам, а Шталь осталась стоять, попеременно глядя на каждого из львов. Ощущение угрозы исчезло напрочь. Теперь ощущений не было вообще никаких, разве что от статуй исходило легкое недоумение, словно они не понимали, почему новая сотрудница стоит и вовсю глазеет на них, а не идет заниматься своими делами. Львы явно не любили повышенного внимания к своим персонам. Они исправно бдели - и считали, что этого вполне достаточно.

— И все? - недоуменно спросила Эша в пространство. - Да так сюда кто угодно войти сможет. Поймают вашего Скульптора и заставят...

— Если он сделает это не по доброй воле, выйдет только хуже, - заметила Скрипачка. - Кстати, у нас убирать особо нечего, но можешь так зайти - потрещим.

— Да, но если...

— Пошли, - проходивший Михаил небрежно сгреб ее за плечи и увернулся, когда Эша, недовольная таким обращением, попыталась садануть его локтем под ребра. - Веди себя прилично! И не забывай, что ты - уборщица, а я...

— Похоже, ты пал жертвой распространенного заблуждения большинства двухметровых людей, что их никто никогда не побьет.

Михаил сказал, что не воспринимает с утра таких длинных фраз, распахнул дверь, впустил самого себя, и захлопнул дверь в аккурат перед шталевским носом. Эша сердито толкнула дверь, влетела в холл и тотчас чуть не уткнулась в широкую грудь молодого человека сурового вида, который в следующую же секунду переместился на пару метров вправо, попутно жестом фокусника освободив Шталь от сумки, которая висела у нее на плече. Тут же рядом появился другой молодой человек, коротко улыбнулся Эше, наклонившись приподнял ткань на террариуме и ойкнул.

— Можете и ее обыскать, если хотите, - предложила Эша. - Вы, я так понимаю, охрана.

— А вы, насколько я помню, Эша Шталь, - отозвался молодой человек, реквизировавший ее сумку, которую он, почему-то, не спешил открывать, а просто держал за ручку, как-то задумчиво раскачивая из стороны в сторону. - В марте встречались, тут же - не помните? Вы еще настаивали на личном досмотре... Ладно, вижу, не помните. Я Гена.

— Эша Шталь, - машинально сказала Эша и удивленно приняла возвращенную сумку, которую Гена так и не открыл. - Это весь досмотр или вы настолько мне доверяете?

— Дело в том, что если б у вас при себе был предмет, о котором бы у вас хоть раз возникали мысли, как о чем-то могущем принести вред, я бы тотчас об этом узнал, - несколько надменно сообщил Гена. - Враждебные мысли создают настолько резкие колебания человеческого биополя, что достаточно...