Книга Пленница Его величества, страница 24 – Анастасия Миллюр

Я посмотрела прямо в зеркало. И позволила себе самую лёгкую, почти невидимую улыбку.

— Убийство Алайи не было случайным или спонтанным. Все было рассчитано заранее. Тот, кто это спланировал, знал распорядок, обхода стражи, знал, кто и когда сможет найти тело. Убийца расчетлив и методичен. Его целью было устранить Алайю.

— Намекаешь, что убийца Далила? — презрительно выкинул допросчик. — Или ты надеешься, что я озвучу за тебя ту догадку, что стоит тебе жизни?

Я кивнула, показывая, что да — он очень близок. Но все же не совсем.

— Тем интереснее то, как убили Алайю. На горле следы удушения и кинжал в сердце. Если сначала задушить, то зачем закалывать кинжалом? А если сначала вонзить кинжал, зачем душить?

Допросчик прищурился. Ответа у него не было, а у меня был.

— Нападавший сначала вонзил кинжал. Несмертельно, но глубоко. Так он лишил жертву способности сопротивляться и заодно заставил ее страдать. А затем сжал руки на ее горле и стал наблюдать за тем, как покидает Алайю жизнь. Это был момент его торжества. Убийце не интересно было просто убить ее. Ему нужно было торжество, вкус триумфа. Месть.

Мне казалось, что пол под ногами становится тоньше. Как лёд над пропастью. Одного неверного слова — и провал.

Но я не выдала страха и снова слегка улыбнулась.

— Убийц двое. Мотив одной прост, второй — сложен.

Допросчик медленно выдохнул. Слишком медленно, как для человека, не испытывающего напряжения. Он отвёл взгляд — впервые.

— У тебя богатое воображение, — сказал он, но голос звучал глухо. Не так, как в начале. Он ждал, что я сломаюсь. А я выстраивала конструкцию, кирпич за кирпичом, и она стала слишком крепкой, чтобы игнорировать.

— Продолжай, — произнёс он после паузы. Но теперь в его голосе не было приказа. Только необходимость.

Я сглотнула.

Если они решат, что я перешла границу — то всё, что останется от меня, унесут молча и без следа. Но я уже перешла эту грань в тот момент, когда позволила себе думать вслух.

— Первая участница убийства — исполнитель. Она та, кто сделал всё грязное дело. Обычная пешка, не видящей всей картины. Она эмоциональна, ее было легко настроить против Алайи.

Я сделала паузу, глядя на допросчика, а потом снова перевела взгляд в зеркало.

— Вторая — кукловод. Умная. Влиятельная. Тщеславная. Ей было важно не просто устранить Алайю, а устранить её именно сейчас. Потому что Алайя знала что-то, или отказалась подчиниться, или стала больше не нужна. У нее есть власть влиять на наложниц. Только одна женщина подходит под этот профиль.

Я подошла к зеркалу почти вплотную.

— Не так ли, хозяин?

Я не знала, сколько времени прошло с последнего допроса. В гареме не было часов, и день с ночью путались в полумраке залов, но я снова шла по коридорам в сопровождении стражи.

Только коридоры сменились.

Теперь меня окружала такая изысканная роскошь, что воздух будто бы становился гуще и слаще. Мраморные балюстрады отливали прохладной белизной, позолоченный узор на потолке переливался, как рассыпанный мёд, а тончайшая лепнина на стенах напоминала кружево.

В коридоре стоял особый запах — смесь ладана, фимиама и увядших лепестков, в нём витала неторопливая власть, терпкая и тяжёлая, как старое вино. Сомнений не оставалось — меня вели в место, где живёт очень важная персона при дворе.