Книга Любовь и лошади, страница 28 – Валентина Третьякова

Начинающая коневладелица целыми днями пропадала в Гнезде и пробовала водить Систер в леваде.

— Надо ее к корде приучать, — обронила Елена Сергеевна, проезжая мимо.

Воодушевленная успехами в огороженном пространстве, Агрипина пристегнула к недоуздку корду и повела Систер на кордовый круг. Но стоило ей отпустить кобылу на несколько метров от себя, та взбрыкнула и рванула галопом, только корда засвистела. К счастью, после того первого раза, Агрипина водила Систер только в перчатках, поэтому руки остались целы. Внутри вскипела хорошая, спортивная злость. Матерясь сквозь зубы, Агрипина помчалась вдогонку.

Пробежка вымотала ее и прочистила мозги. И как она сразу не догадалась? Отправив гнедую поганку в леваду и отдышавшись, Агрипина пошла к директору.

— Елена Сергеевна. Ну, помогите пожалуйста. Не могу выбрать онлайн курсы по воспитанию лошади. Те, что видела, доверия не вызывают. Может вы что-то порекомендуете…

Директор слегка склонила голову и восхищенно посмотрела на Агрипину. Вот тебе и начинающий коневладелец. Вот это способность к анализу и критическому мышлению!

— Таг, Агрипина Евсеевна. Давайте я вам завтра покажу кое-какие приемы, а сейчас мы выберем и закажем капцунг — приспособление, чтобы работать лошадь на корде. Обойдемся без гур. — Елена Сергеевна подмигнула Агрипине.

Сидевшая там же, на кухне, соклубница Марина навострила уши.

— Девочки, а вам обязательно новый? А то я свой продаю, уже не нужен, моя Василиса выросла.

— Мари-и-ина, ты наш спаситель! — Елена хлопнула в ладоши. — Нам не обязательно новый, нам обязательно срочно.

Агрипина ощутила, что после череды неудач, судьба снова повернулась к ней лицом.

На следующий день, получив урок работы в руках с молодой лошадью, Агрипина тут же стала применять знания на практике. Загружать лошади мозг, не давая отвлекаться. Обязательно настаивать на исполнении требования. Требовать мало, хвалить много. Приучать к голосовым командам.

Конечно, мозги с непривычки уставали: не расслабишься, за "ребенком" нужен глаз да глаз. Зато сколько счастья — идти под бескрайним Подмосковным небом вместе со своей собственной лошадью! Чувствовать, как слушается, подстраивается под тебя невероятно красивое, сказочное создание, прошедшее с человечеством всю его историю.

Систер вздрогнула и прыгнула в сторону. Агрипина уверенно натянула чомбур, удерживая ее, и тут же продвинула кобылу вперед, переключая ее внимание на себя.

— Но! Работаем, Систер, работаем. Ты же у-у-умница, такая у-у-умница…

* * *

Борис помог спешиться Зое Васильевне, усадил в седло Ростислава Романовича и повел Лучика на малый плац.

— Кхм… Ростислав Романович… А можно это… Посоветоваться с вами по одному делу? — вполголоса спросил Борис, озираясь по сторонам.

— Отчего же нельзя. Давайте попробуем, Борис Геннадьевич. — Ростислав Романович склонился в седле. — У вас размолвка с Агрипиной Евсеевной? Я заметил, что вы сторонитесь друг друга…

Борис снова огляделся, покусал в нерешительности губы, покраснел и сказал:

— Понимаете… Тут такое дело…

Ростислав Романович внимательно слушал Бориса.

— Понимаете, я не ожидал такой реакции. Уперлась и ни в какую. Говорит, я тебе очень благодарна, ценю и все такое, но деньги за Бэста и постой верну. Вроде как это огромная сумма, подобный подарок принять она не может. Я говорю — да какая огромная? Она: “Для меня огромная, я тебе такой же подарок сделать не смогу”. Сначала вроде спокойно говорили, но потом… Сказала, что я не уважаю ее решение. Я ответил, что это она мое не уважает. Через час споров сказала, что устала и стала меня домой выпроваживать. Уже это… поздний вечер был… Ну, и повела меня твердой рукой на выход. Вон, прям как Систер.