Книга Сделка равных, страница 134 – Юлия Арниева

— Отличная мысль, — Грей хлопнул ладонью по столу, не так оглушительно, как Кларенс, но достаточно, чтобы бокалы звякнули. — Я передам Бейтсу, пусть оформит. Он, кажется, всё ещё торчит за карточным столом, но утром я его вытрясу.

Граф Хейс откинулся на спинке стула и произнёс, обращаясь как будто ко всем и ни к кому, но я чувствовала, что каждое слово предназначалось мне:

— Дело не только в помещении, адмирал. Подобное производство неизбежно затронет чьи-то интересы. Люди, которые годами кормили флот тем, что вы только что описали, не станут молча наблюдать, как у них отбирают кормушку. Уверен, леди Сандерс уже имела возможность в этом убедиться.

Он произнёс это мягко, почти сочувственно, и посмотрел на меня с выражением учтивого участия, за которым, я готова была поклясться, пряталось нечто совсем иное. Он знал. Он знал про ворота до того, как я сказала хоть слово.

— Граф прав. Сегодня вечером кто-то облил ворота моей пивоварни дёгтем и поджёг. Я едва успела на приём к леди Джерси, потому что ездила в Саутуорк убедиться, что мои люди живы. Ворот больше нет. Огонь до стен не добрался, но это было предупреждение, а не нападение, и следующий раз, полагаю, они не ограничатся воротами.

— Что⁈ — Кларенс побагровел и грохнул кулаком так, что тарелки подпрыгнули, пожилая дама в сером шёлке вздрогнула и пролила соус на скатерть, а лакей, подливавший вино за соседним столом, замер с бутылкой в руке. — Какая-то сволочь жжёт склады, пока наши парни дохнут от цинги и жрут тухлятину⁈ Грей, это государственное преступление! Это измена!

— Поджог, — повторил Грей, и голос его упал на полтона, что было страшнее любого крика. Лицо адмирала окаменело, скулы обтянулись, и стало видно, какой он, в сущности, старый и какой опасный. — Леди Сандерс, вы уверены?

— Дёготь, адмирал. Мой мастер опознал запах. Дерево не загорается так быстро само по себе. Ворота заполыхали прежде, чем кто-либо успел добежать с ведром.

— Бейтс займётся этим завтра с утра, — отрезал Грей. — Я лично прослежу. И если выяснится, что за этим стоит кто-то из наших поставщиков, я упеку его в Ньюгейт так быстро, что он не успеет допить свой утренний шоколад.

Граф Хейс молчал, откинувшись на спинку стула. Пальцы его лениво поглаживали ножку бокала, и на лице не отражалось ровным счётом ничего, ни тревоги, ни даже любопытства, только та же ровная, непроницаемая внимательность, с какой он наблюдал за мной всё это время.

— Возможно, леди Сандерс понадобится не только дополнительная пивоварня, но и надёжная защита, — произнёс он наконец, обращаясь к адмиралу. — Война ведётся не только на море. Те, кто годами кормил флот отбросами и наживался на казённых деньгах, не отдадут доходы без боя. Поджог ворот — это ведь всего лишь предупреждение, не правда ли?

Он произнёс «не правда ли» с такой мягкой интонацией, словно справлялся о моём здоровье, и у меня по спине пробежал холодок от понимания. Этот человек не предупреждал меня об опасности. Он напоминал мне о ней. Разница тонкая, но существенная, и я вдруг подумала: а что если ворота подожгли не те, кому я помешала наживаться, а те, кто хочет меня напугать? Акт устрашения, чтобы забрать моё дело? Вынудить меня продать? Или просто убрать с дороги, чтобы занять моё место?