Книга Академия Высших: выпускники, страница 22 – Марта Трапная

— Фотография хорошая, а люди нет, – вдруг услышала она тот самый голос.

Сима закатила глаза. Ну, конечно! Сначала этот непонятный список терминов, потом голоса! Она должна была понимать, что этим все кончится! Она решительно протянула руку к таблетке и сжала ее пальцами.

— Не надо, – вдруг тихо сказал голос. – Пожалуйста, не надо.

— Почему это? – удивилась Сима. Она даже хотела, чтобы он ее упрашивал, тогда она точно решится проглотить это лекарство!

— Ты не сможешь меня слышать!

— Именно для этого они и нужны, ты не находишь? – спросила Сима и коротко рассмеялась.

— И тебе совсем не интересно, что я хочу сказать?

Сима задумалась.

— Я думаю, ты часть меня. Поэтому я и так знаю все, что ты мне хочешь сказать. Может быть, не помню. Но обязательно вспомню.

— Я не часть тебя, – грустно сказал голос. – Но я мог бы рассказать тебе о том, чего ты не помнишь.

Сима бросила взгляд на лежащие на краю стола списки для похода в магазин. Что ж, таблетка никуда не убежит, а воспоминания – очень даже могут. Сима взяла списки, розовый маркер и подчеркнула все термины и вопросы, которые всплыли из ее памяти и осели на бумаге.

— Что это? – спросила Сима. – Что это значит? Откуда я это знаю?

— Ты знаешь, потому что у нас был обзорный курс по биогенным факторам разрушения.

— У нас? У кого – у нас?

— У Деструкторов.

— Ты хочешь сказать, что я и ты – деструкторы?

— Да, – сказал голос так мягко, будто ему сделали предложение, которого он долго ждал.

Сима вздохнула и посмотрела на таблетку. Пора ее уже пить или не пора? Голос признался, что он деструктор. То есть разрушитель. Что будет дальше?

— Ладно, и зачем… э-э-э… – Сима запнулась. Что она хочет спросить? Что она хочет узнать? И хочет ли? – И зачем мы изучали эпидемии?

— Эпидемии тоже могут разрушать миры, – ответил голос. – Пандемии – тем более. Мы учились разрушать миры.

— И как, научились? – не удержалась Сима.

— Конечно. Я так точно научился, а у тебя нет диплома. Но ты все равно уже очень многое умеешь и можешь.

— О, не сомневаюсь, – фыркнула Сима. – И ты пришел мне сказать, что мы с тобой должны разрушить этот мир?

— Нет, – ответил голос. – Наоборот. Спасти.

Сима почувствовала холодок на затылке от интонаций этого голоса. В нем было что-то… чего никогда не было в ней самой. Обреченность. Или стопроцентная железная уверенность. Неотвратимость – так точнее.

— И как же мы будем его спасать? – ехидно поинтересовалась Сима. – Ты продиктуешь мне формулу вакцины от коронавируса?

— Вакцина ничего не изменит… в глобальном плане, – ответил голос. – Потому что пандемия – только одно звено в цепи.

— Вот как? А что там еще за звенья, в этой твоей… цепи?

— Пожары. Наводнения. Пандемия. Войны и бунты.

Сима смотрела на запястье, где раньше был браслет с кенгуру. Пожары. Наводнения. Пандемия. Остались войны? Она почувствовала мгновенный озноб, руки покрылись мурашками от внезапного понимания, что голос, возможно, прав. Даже если он часть ее самой. Прав в оценке ситуации, но… при чем здесь она? Она обычный человек, фотограф. А не какой-то там избранный спаситель мира. Что она может? Разрушать миры? Сима криво усмехнулась. Это не выглядело правдой. Это выглядело бредом. Очень складным, продуманным, но тем не менее – бредом. Потому что нет никаких институтов, где учат разрушать миры и читают лекции по биогенным факторам разрушения. Сима резким движением бросила таблетку в рот и запила водой.