Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 22 – Юлий Люцифер

Ценной.

Слово отозвалось мерзко.

Сначала удобная. Потом ненужная. Между ними, оказывается, еще была стадия ценного имущества.

— Значит, когда я не оправдала ожиданий, интерес ко мне быстро остыл, — сказала я.

— Да.

— А я, вместо того чтобы устроить скандал, пыталась стать хорошей женой.

Мира едва заметно кивнула.

Конечно.

Эвелина, похоже, выбрала тот же путь, что и я в прошлой жизни: если меня не любят, надо стать еще лучше. Тише. Мягче. Удобнее. Полезнее. Заслужить. Доказать. Выпросить.

Какой страшный, знакомый женский инстинкт.

3. Селеста

— Теперь расскажи о леди Селесте, — сказала я. — И не надо делать лицо, будто ты произносишь имя святой. Я видела ее за столом.

— Леди Селеста Верден — дочь одного из столичных домов, — ответила Мира. — Не самого богатого, но древнего и очень связанного при дворе. Она красива, умеет нравиться, прекрасно держится в обществе. Впервые приехала сюда весной вместе с матерью. Потом начала появляться чаще.

— И никто не счел это проблемой?

— Многие сочли. Но не вслух.

— Потому что она полезна?

Мира помедлила.

— Да. И еще потому, что ваш брак уже тогда все считали… холодным.

Как удобно.

Если жена годами терпит холод, ее начинают воспринимать не как женщину, которой больно, а как неудачный фон для чужого романа.

— А леди Эстель ее поддерживает? — спросила я.

— Скорее принимает, — осторожно сказала Мира. — Считает, что мужчинам вашего круга иногда нужны… политически выгодные связи и спокойствие в доме.

— Великолепно. Значит, жена должна создавать спокойствие, пока муж решает, какая любовница выгоднее.

Мира ничего не ответила.

Иногда молчание — лучший источник информации.

4. Что можно и что нельзя

— Теперь расскажи мне о правилах, — сказала я. — Не писаных. Настоящих.

Мира посмотрела на меня так, будто именно этого вопроса боялась больше всего.

— В каком смысле?

— В прямом. Что жена может в таком доме? Чем распоряжается? Где имеет право говорить? Может ли уехать? Потребовать раздельного проживания? Отказаться появляться рядом с мужем? Попросить защиты у своей семьи? Хоть что-нибудь, кроме умения красиво страдать?

На последней фразе она даже не попыталась скрыть, что ей горько.

— Формально, — начала она, — вы хозяйка западного крыла, женской части дома, части слуг, расходных счетов на ткани, приемы, благотворительность и покои. Можете делать распоряжения внутри этих границ.

— Формально?

— Да. На деле многое все равно проходит через леди Эстель, а крупные решения — через лорда Ардена.

— Развод?

Она испуганно выпрямилась.

— Очень трудно. Почти невозможно без большого скандала. Для жены — особенно. Нужно решение церковного совета или королевское согласие, серьезное основание, поддержка сильного дома. Измена мужа сама по себе… не всегда считается достаточной причиной.

Я закрыла глаза на секунду.

Ну конечно.

В любом мире система прекрасно умеет объяснять женщине, почему ее боль недостаточно весома.

— А если жена просто хочет уехать?

— Без разрешения мужа — это будет выглядеть как открытый разрыв и неподчинение. Особенно если она вернется в дом отца.

— А мой отец?

— Слаб, госпожа. И слишком многим обязан Арденам.

Я коротко кивнула.

Ясно.

То есть назад дороги почти нет. Это не романтическая драма, где можно хлопнуть дверью и снять квартиру на окраине. Здесь все сложнее. Значит, прямой побег — не план. Пока.